В интервью газете «Сегодня» Моисеев заявил: «То, что свадьба будет, — это факт. Мы отдыхали с Аллой и Максимом как-то в одной компании. И я все слышал собственными ушами!»

    В откровенном разговоре мы не могли обойти стороной самую популярную тему «Новой волны».

     — Отразились ли откровения с прессой на ваших отношениях с Аллой Борисовной?

     — Во-первых, я не подтверждал информацию о свадьбе. Как я могу подтверждать то, чего не знаю? Все это выдумки! Но я горжусь Аллой и Максимом. Без разницы — состоится у них свадьба или нет.

    Я люблю двух этих красивых, добрых, влюбленных людей. Безумно люблю слово «любовь», а она не подчиняется возрасту. А от Аллы с Максимом просто разит любовью.

     — В кулуарах «Новой волны» делались ставки, кто может стать новым мужем Пугачевой. Главным кандидатом были вы. Как вы к этому относитесь?

     — Я знаю об этом. (Смеется.) Стать мужем Пугачевой — почему бы и нет? Играем дальше в игру под названием «Шоу продолжается».

     — Вы 30 лет на сцене. Почему, на ваш взгляд, со сменой поколений так разительно поменялись мессиджи песен? Глюкоза распевает удивительную по тупизне песню: «Танцуй, Россия, плачь, Европа, у меня самая красивая попа»...

     — Поменялись вкусы публики, и артисты в этом не виноваты. «Пипл хавает». Народ не хочет напрягаться, слушая музыку. Он хочет песен про солнце, море и секс — и все!

     — Сегодня карьера в шоу-бизнесе возможна без особого таланта, но невозможна без провокаций...

     — Провокации важны для всех. Но лучше всего они удаются тем, у кого есть харизма и характер. Прежде чем отведать конфетку, нужно развернуть ее красивую обертку. Это и есть провокация.

     — Как вы относитесь к тому, что для большинства современных артистов обертка стала важнее содержимого конфетки? Пиар приобрел такой размах, что уже трудно отличить ложь от вымысла. Народ не понимает: любовные истории той же Пугачевой или Анастасии Заворотнюк — это правда или всего лишь сценарий по раскрутке?

     — А народу и не надо это понимать. Зачем? Шоу-бизнес — красочный буклет с фотографиями и судьбами. И народ выберет ту из них, которая ему интересна. Не может быть все сделано специально!

    Я вот в реальной жизни очень застенчив, не хожу на дискотеки и в клубы. А имидж сложился такой, что от меня только и ждут каких-то эпатажных выходок. Но для меня сцена — одна игра, а жизнь — совершенно другая.

     — Ваша застенчивость мешала вам в карьере или, наоборот, стала толчком для преодоления комплексов и творческого развития?

     — Моя застенчивость мешает мне и сегодня. Я стесняюсь выйти в зал к зрителям, выйти на улицу. Я стесняюсь самого себя. И мне это даже нравится!

    Я незастенчив только на сцене — это мое лобное место. Вот я пришел: «Нате!» А выйдя за кулисы, начинаю извиняться перед всеми подряд: охраной, уборщиками, теми, кто подает чай в гримерки... Я извиняюсь и целую им, взрослым женщинам и мужчинам, руки.

    Почему меня любят взрослые тетки, дядьки и маленькие дети? Им в кайф видеть мои застенчивые глаза. Я никогда не надеваю солнцезащитные очки, как другие звезды. Потому что хочу быть правдивым.

     — Опишите себя в обыденной жизни.

     — Я тихий спокойный человек, стою босиком на огромной кухне и готовлю суп. Неважно из чего — из щавеля, брокколи... Я хороший кулинар и сам себе готовлю.

     — Ваше фирменное блюдо?

     — Котлеты, которые я подаю с гречкой. В котлеты я практически не кладу никаких компонентов, кроме трех видов мяса: говядины, свинины и немного индюшатины. Они получаются такими сочными!

    Вот ты кладешь их на тарелку возле гречки, и они «разговаривают». Я всегда накладываю по две котлеты и для себя, и для своих друзей. Никогда не кладу одну!

    Люди должны быть в паре! Монологи приводят к издевательству над собой, какому-то самобичеванию. Не надо этого! А в паре вы будете своему другу говорить комплименты... И ваши души вместе споют один романс. Дышите глубже — жизнь начинается!..

     — Недавно вас отчислили за прогулы с первого курса факультета психологии Санкт-Петербургского университета...

     — Да, я не смог присутствовать ни на одной сессии. Но собираюсь не сдаваться и вновь поступить в университет, который окончили Владимир Путин, Дмитрий Медведев и госпожа Матвиенко. Для меня это большая честь!

    Я сказал себе: я это сделаю! Сегодня я танцую, пою, играю, влюбляюсь, тоскую, переживаю, стесняюсь, плачу... А придет время — буду учиться.

     — Диплом психолога вам нужен для самосовершенствования или вы хотите сменить профессию?

     — Нет, конечно. Прежде всего хочу объяснить себе какие-то важные точки жизни. Например, что такое любовь.

     — Когда вы поняли, что не знаете, что такое любовь?

     — Когда стал богат. С тех пор я платил за секс. Но я не знаю, что такое любовь.

     — Вы стали приманкой для людей, которые используют вас в корыстных целях?

     — Да. И мне пока не попался ни один человек, который был бы искренен.

    Карьера Моисеева началась в одном ресторане с Лаймой Вайкуле.

     — 30 лет назад меня открыла выдающаяся женщина Марина Фалилеевна Затока (в то время начальник торговли и общепита Юрмалы, ныне — зам. гендиректора по развитию компании RosInter Restaurant.  — Авт. ).

    Июль, жара, просмотр артистов в ресторане «Лидо» в Дзинтари... Все какие-то тухлые, и вдруг приезжает наше танцевальное трио «Экспрессия» — две красивые девушки и один мужчина. В те времена я был танцовщиком и хореографом.

    Увидев меня на просмотре, Марина Затока первой сказала: «Это самая вкусная конфетка из всего того мармелада, который называется советским шоу-бизнесом! Я вас беру!» А когда я ответил, что у меня даже нет костюма, заявила: «Я тебе его куплю!» Через полчаса у меня уже был очень красивый белый костюм!

    А на скамейке у «Лидо» сидела Лайма Вайкуле. Она обратилась ко мне: «Я никогда не видела ничего интересней, чем ты и твои девочки». Я ответил: «Лайма, я так хочу бежать!» — «Куда?» — «В будущее! За славой и успехом».

    Мы делали с Лаймой какие-то номера вместе. Во времена Аугуста Восса мы, как две обезьянки, развлекали правительственные делегации в ресторанах «Юрас перле» и «Лидо». Лайма приезжала в гости ко мне в Вильнюс, а я приезжал в Ригу.

    Мы были очень похожи и вместе хотели вырваться из плена неудачи, нас не устраивала непрочитанность творческих судеб. Потому что у нас была такая местечковая удача, от которой уже тошнило.

    На одном из шоу в ресторане появились Раймонд Паулс, Алла Пугачева и Илья Резник. И наши пути с Лаймой разбежались. Она осталась здесь, с Раймондом Паулсом, а я уехал к Пугачевой в Москву (Алла Борисовна помогла Моисееву с квартирой.  — Авт. ). И только сейчас, 30 лет спустя, мы записали нашу первую совместную песню — «Прибалтийский роман».