Кульминацией участия Елены Васильевны Образцовой в конкурсе «Новая волна» стала ее расколбасная спевка с Тимати, с которым она на пару вела «Вечер в стиле диско». 69-летняя примадонна нарядилась как рэпперша и с огромным удовольствием перекидывалась со своим 25-летним партнером заранее прописанными перлами...

     — Чикса — красивая девушка, туса — стадо людей, перемещающихся с одной поляны на другую.

     — Говорят, оперу полезно слушать беременным женщинам...

     — Да, но беременеют они под рэп.

    Перед началом Тимати катал Елену Васильевну по Юрмале на Lamborghini со скоростью 200 километров в час. А под конец концерта на сцене «Дзинтари» уже панибратски назвал ее «моя подруга Ленок».

    Московские коллеги тем временем сообщают, что оперная общественность от выходок Ленка впала в транс. Какому-то известному музыковеду во время телетрансляции «Волны» даже пришлось вызывать «Скорую помощь».

    Сама Образцова своим хулиганством осталась довольна. А в оставшиеся дни конкурса она как истинная примадонна — грациозно, степенно и без всякой охраны — гуляла по Юрмале, приветливо улыбалась прохожим и очень искренно пообщалась с «Субботой».

     — Елена Васильевна, с чего вдруг вас занесло на «Новую волну», в эту чуждую для вас попсовую среду?

     — Ну почему же чуждую? Я очень много работаю с молодежью. Уже 10 лет делаю большие конкурсы для юных дарований в Москве и Петербурге.

     — Но вы говорите о молодежи, увлеченной академической музыкой!

     — Я понимаю. Но надо ведь все в жизни познать, хотя это и невозможно.

    Потому сюда я согласилась приехать с удовольствием.

    Аллочку Пугачеву я просто люблю. Коля Басков стал изумительно петь. В декабре мы с ним дуэтом будем исполнять 4-й акт «Кармен» на концерте в честь 45-летия моей творческой деятельности на сценах мира.

     — Когда вам предложили вести концерт на пару с Тимати — не раздумывая согласились?

     — Сначала растерялась. Начнем с того, что я вообще никогда не вела никаких концертов. Это мой дебют. Я только очень сожалела, что тексты нам дали поздно и я практически вообще не понимала, о чем говорю. Но мне было дико смешно.

    Тимати, кстати, очень славный и сладкий человечек. С хорошим чувством юмора. Это важно — иметь чувство юмора. Вид у него такой модерновый, но человек он глубокий. Иностранных языков много знает. Умница! Мне с ним было интересно. Хотя когда катались на Lamborghini, думала, поседею.

     — Но вы, кажется, никогда не были склонны к эпатажу?

     — Да я просто прикололась! (Смеется.) Когда личность состоявшаяся, ей не надо никого эпатировать. А если человеку чего-то не хватает — значит, он не такой талантливый и не такой состоявшийся. Тогда ему надо себя поддерживать какими-то внешними проявлениями.

     — Вам не взгрустнулось при взгляде на то, как эстрадные звезды мастерски поют под фонограмму? Все-таки вам приходится каждый день по нескольку часов распеваться, чтобы выходить на сцену.

     — Под фонограмму, знаете, очень трудно петь! Меня вот попросили попеть под минусовку (записанную на фонограмму оркестровую музыку) — с большим трудом поняла, когда мне вступать. Словом, у меня сплошные дебюты здесь были.

     — А как современным родителям уберечь детей от фанатизма по двум прихлопам, трем притопам?

     — Родителям ничего не надо делать. Этот вопрос можно разрешить только на государственном уровне. Начинать надо с изменения музыкальной программы в школе. Далее надо принимать какие-то законы по поводу радио и ТВ, чтобы там было меньше речи об убийствах, грабежах и эротике. Раньше-то по телевидению транслировали почти все легендарные оперные спектакли и балеты.

     — Российское государство вам сегодня оказывает какую-то поддержку?

     — Раньше — постоянно. Мне давали всякие звания, все это было совершенно не нужно, но очень приятно. Из тех наград, что я имею (а имею я почти все!), самая ценная — Герой Труда. Потому что она по сей день дает мне возможность путешествовать VIP-классом. Для меня очень важно, чтобы я не стояла в очереди и меня не ковыряли на таможне.

    Остальные награды лежат себе дома и лежат. Большинство из них, кстати, дубликаты, потому что оригиналы у меня украли.

     — Вы пережили два года полной слепоты. Как думаете, за что вам были посланы эти страдания?

     — Мне кажется, что сильно наказывать меня было не за что. Я все-таки довольно праведно живу и каждый вечер, ложась спать, размышляю: а правильно ли я прожила этот день? Если было что-то плохое, назавтра всегда исправляю, прошу прощения. Я человек верующий, православный. Страдания — это испытания, которые посылает нам Господь.

    Был в моей жизни еще один тяжелый год, когда у меня сначала обокрали дачу, затем угнали машину, потом я узнала, что смертельно заболел мой муж, после чего я сломала руку, и в довершение всего муж умер...

    Эту проверку, надеюсь, я тоже прошла на пятерку. Все стерпела. Только когда обокрали квартиру, немного пороптала, что воры могли бы мне оставить на зиму хотя бы одну теплую вещь.

     — Что нужно для того, чтобы вопреки испытаниям цвести и молодеть вам под стать?

     — Желание жить и уверенность в себе. Надо делать то, что ты хочешь и умеешь. И очень важно быть с молодежью, обмениваться с ней энергией. Мне, скажем, энергии не занимать, но при всяком удобном случае предпочитаю взять за ручку какого-нибудь молоденького мальчика и сказать ему: «Ну-ка поддержи меня!»

     — А последовать примеру Аллы Борисовны и выйти замуж за какого-нибудь молодого да талантливого не хотите?

     — Вы знаете, я очень любила своего мужа. Он был дирижером и очень красивой личностью во всех отношениях. После его ухода мне как-то даже в голову не приходит выходить замуж за кого-то другого. Видно, я еще люблю его.

    У меня есть дружочки, с которыми я могу пойти в театр или просто провести время. Но замуж... Может, чуточку попозже. (Смеется.)

     — Ваша дочь стала оперной певицей по вашей инициативе?

     — Лена все детство проводила в оперном театре и даже пряталась иногда на моих репетициях под роялем, чтобы я ее не выгнала. Она знала весь мой репертуар.

    Был даже один смешной случай здесь, в Риге, когда я приехала выступать с новой программой. Маленькая Ленка сидела в зрительном зале и во время исполнения одной партии заорала: «Мама, ты перепутала слова!» Я еле сдержалась, чтобы не захохотать.

    Недавно Лена занималась у Монтсеррат Кабалье, участвовала в ее концертах, по России они вместе ездили. Но большую карьеру в этой сфере ей сделать пока не удается. Сейчас она параллельно еще занимается туристическим бизнесом. Живет в Испании и возит народ во Францию и Португалию. Она девочка талантливая, знает много языков, окончила журналистику.

     — Чувство ревности не испытали, что дочь брала уроки у Кабалье?

     — Немножечко, где-то в глубине души... Но я была счастлива, что так случилось. Мы с Кабалье в очень хороших отношениях, много вместе пели, она замечательная моя подруга.

    А Лена, к слову, очень хорошо поет музыку барокко, и я ее за это уважаю. И вообще, она не пытается ни на кого быть похожей, а это самое главное в музыке. Ведь Господь не случайно нас создал такими разными. И самое важное — оставаться самим собой. Только тогда ты будешь интересен другим людям. А когда все пытаются быть похожими — получается «Фабрика звезд».

     — К вопросу о непохожести — кто вас так изысканно одевает?

     — Сама! Раньше много покупала вещей от фирмы Escada, которая выпускала изумительные вещи для крупных женщин. А сейчас мне все шьет петербургский специалист Клавдия Завьялова. Она женщина с потрясающим вкусом. Но все модели я сама ей рисую, а она уже воплощает их в жизнь.

     — В юрмальских магазинах успели что-то прикупить?

     — Да, изумительные подушечки с модерновым рисунком, кухонные прихваточки и фартучки.

     — Все в дом?

     — Просто дом для меня очень много значит. Вся моя жизнь проходит в самолетах. Потому когда приезжаю домой или на дачу, очень ценю одиночество, тишину и уют. И общество моих пуделечков — Дашеньки, Кармен и Мюзетты.

    Обычно на гастроли я всегда их беру с собой. Оставляю их, когда раз в год езжу в Японию. И сейчас не взяла, потому что у меня длительное турне. А жаль. Я уже подружилась почти со всеми вашими собачками на улице Йомас. Всех нафотографировала.

     — У вас на даче грядки имеются?

     — Да ни в коем случае! Я люблю лаконичность и все, что нас окружает само по себе. Земля, небо, воздух — они живые. У нас просто не хватает ума это понять.

    Каждое утро я подвязываю веточки, разговариваю с деревьями, обнимаю их. Особенно люблю камни — они такие умные!

     — Япония повлияла на ваше отношение к природе?

     — Конечно. У меня на даче и прудик есть, и японские рыбки в нем плавают.

    Я сорок пять лет назад влюбилась в эту страну с первого взгляда и с тех пор каждый год туда езжу. А в последнее время по два раза в году моталась. Только недавно отказалась от работы в оперной летней школе — тяжело было так часто переносить 11-часовые перелеты.

    Очень уважаю японцев, и они сами имеют респект к людям. Какие-то генетически воспитанные люди. Никогда не ноют, всегда улыбчивы. Мамы до конца своей жизни готовят своим деткам завтраки.

     — А вы со своими детьми живете раздельно?

     — Дочка и мой внук живут в Испании. Для меня был страшным ударом их отъезд. Но родители не должны мешать детям жить так, как они хотят. Нам бы со своей жизнью справиться.

    Внук у меня вообще замечательный парень. Два метра ростом, двадцать один год. Кошмарно тощий! Занимается баскетболом и все делает для того, чтобы попасть в сборную Испании. Я ему объясняю, что это нереально: зачем испанцам кто-то со стороны? Но он с утра до ночи пропадает на тренировках.

    Мои дети часто приезжают ко мне. И я помогаю им как могу. И страдаю как могу.

     — Интересно, что сказал бы ваш внук про дуэт бабушки с Тимати?

     — Он сказал бы, что бабушка сумасшедшая. Но он к этому уже привык.