Что все время делят русские и латыши?

• 29.02.2012 • ОбществоКомментариев (0)1199

Чего не хватает представителям самых больших общин Латвии, из-за чего они все время враждуют? 

 

 

Вряд ли кто-то будет возражать против мысли о том, что если бы всем всего хватало, у людей не было бы необходимости считать, что кто-то претендует на то, чего ему не положено. Наглядно эту идею демонстрируют «жирные годы», когда языковая и националистическая темы резко утратили популярность, а радикальные партии оказались на грани жизни и смерти. Русские хоть и были не у власти, но сублимировали нерастраченную энергию в бизнесе. Латыши хоть и слышали повсюду русскую речь — относились к ней по-деловому.

Но стоило на дворе объявиться кризису, как тема «Русский — латыш» снова обрела актуальность. Так что стало истинным предметом дележа между двумя общинами?

Крайние точки зрения

Их представляют «враг» русского народа Райвис Дзинтарс и «враг» латышского народа Владимир Линдерман

Владимир Линдерман, лидер общества «Родной язык»:

— Идеологию национализма можно обозначить фразой из О. Генри: «Боливар не выдержит двоих». Тут не имеется в виду, что «ты русский, а я ненавижу русских», а культивируется мысль, что эта территория не может вытерпеть два полноправных народа, даже с некими бонусами для латышей (большинство русских готовы были на уступки). Должен быть один народ-хозяин плюс легкие фольклорные подтанцовки. Но реальный мир так не устроен. В Латвии это невозможно, а если пытаться реализовать утопию — будет конфликт.

Райвис Дзинтарс, лидер партии Visu Latvijai! («Все Латвии!»):

— В Латвии нет проблем между латышами и русскими. Есть проблема между разными идеологиями и отношением к государству, и раздел определенно проходит не по этническому признаку.

Отвечают эксперты проекта «Общий язык»

Каспар Димитерс, поэт, бард, автор песен на латышском и русском, недавно написал отказ от гражданства Латвии:

— Это их делят между собой политики. Политика узурпировала свой авторитет у общества. Язык создает культура народа. На этом уровне народы и должны вести беседу. Однако политика даже культурных людей разделила по обособленным обществам. Я не знаю ни одного русского, который ненавидел бы латышей, который не любил бы эту страну, который не хотел бы видеть Латвию процветающей.

Петерис Апинис, президент Латвийского общества врачей, карьеру начал в Сибири:

— Ничего не делят. Делят политики, у которых нет других задач.

Гунтар Миелушканс, творческий директор портала Draugiem.lv , автор статьи «Если бы я был русским»:

— Ничего. Политики делят электорат — русские и латыши на бытовом уровне не делят ничего. Нередко люди спорят, по национальным вопросам спорят особенно страстно, но в повседневном общении мы все отлично понимаем друг друга, все болеем за латвийских спортсменов независимо от национальности, слушаем Brainstorm и др. На самом деле латыши и русские за эти 20 лет сблизились, больше невозможно представить такую ситуацию, как в начале 90-х, когда в Латвию приезжает футбольная сборная России и чувствует себя как дома, потому что все местные за них. Теперь латвийские русские — за сборную Латвии. По крайней мере большинство. Однако политики брыкаются и упираются по поводу этого процесса — они хотят, чтобы мы грызлись, потому что так легче разделить электорат.

Юрис Димитерс, художник-плакатист, власть для него всегда была поводом для иронии:

— Не знаю, как последние годы, но раньше делили девушек — Латвия в СССР была на первом месте по смешанным бракам. Сейчас ситуация немного поменялась. Из-за реформы образования латыши после школы практически не знают русского, и это все больше разъединяет две крупнейшие общины. В русской среде молодые латыши чувствуют себя неуютно: они не понимают, о чем речь. Так и получились злые русские и злые латыши. Злые, потому что непонятные.

Я всегда говорил, что из-за школьной реформы русские стали минимум на треть образованнее латышей — они после школы знают латышский лучше, чем латыши русский. И чувствуют себя комфортнее в Латвии. А упертых латышей на работу не берут — бизнес все поставит на свои места. То есть реформа сделала латышей тупее. Выход — всем учить по три языка.

Сергей Тимофеев, поэт, автор русских слов к песням Praata Veetra, Интара Бусулиса и др.:

— Я пишу и издаю книги на русском языке и билингвальные издания. Перевожу на русский песни Praata Veetra и спектакли Алвиса Херманиса, веду русскую версию латвийского сайта о современном искусстве. Устраиваю мероприятия, на которые приходят и русские, и латыши. И мне это кажется чем-то абсолютно естественным. Я так вырос, так живу. Брал то, что мне интересно, и из русской, и из латышской, и из мировой культуры. Что делят другие — спросите у них.

 

Михаил Груздов, режиссер театра «Дайлес», регулярно ставит русскую классику на латышском языке:

— Ничего. Это политики делят власть и деньги. У меня студенты русские и латыши, которые владеют обеими языками, — и им нечего делить, даже вопросов таких нет. Сам я работаю в латышской среде более 10 лет — и тоже нечего мне делить. На человеческом уровне все равны: вот полюбите вы латыша — бросите мужа и уйдете к нему с тремя детьми.

Кирилл Данилин (Шепитко), компьютерный специалист, автор ответа на открытое письмо Райвиса Дзинтарса нацменьшинствам:

— Мне кажется, что на бытовом уровне у русских и латышей никаких разногласий нет (у нас 25 процентов смешанных браков). Знание латышского тоже не проблема — сейчас практически все русские достаточно хорошо знают латышский.

Главная проблема в том, что антирусская/антисоветская тема — это краеугольный камень нашей политики. Соответственно выстраивается и медиа-политика. Например, в латышской прессе, как мне кажется, замалчивается то, что происходит в русских школах, не говорится о мотивации тех, кто голосует за русский как второй государственный. О том, какие потери понесла русская община Латвии после уничтожения СССР. В итоге в глазах простого латыша русские, по сути загнанные сегодня в угол, предстают обнаглевшими разрушителями латышскости, «великорусскими шовинистами».

Одновременно с этим почти все, связанное с русскими и с Россией, подается в этих СМИ в насмешливом, неприглядном или угрожающем виде. Так постепенно демонтируется отношение к русскому как к такому же человеку, как латыш. Убираются такие человеческие проявления, как сочувствие и сопереживание. В итоге в случае серьезного конфликта угрызения совести в отношении русского будут минимальными. Это азы военной пропаганды.

Мне трудно поверить, что это происходит случайно. Так что невозможно говорить о русско-латышской конфронтации — нужно говорить о формирующемся режиме политической диктатуры.

Мартиньш Эйхе, режиссер, автор спектаклей «Почему я люблю русских» и «Все о любви» (Ромео — русский, Джульетта — латышка):

— По-моему, ничего. Только политики и прочие говнюки прививают это — что надо что-то делить. Во-первых, мы до сих пор живем в двух разных пространствах и контактируем только в магазинах и общественном транспорте. Ну и что? Сейчас в магазинах всего для всех хватает, а в общественном транспорте иногда приходится поспорить насчет места… Но насчет этого спорят и русский с русским, и латыш с латышом.

Максим Новиков, альтист, ученик Башмета, переехал жить из России в Латвию:

— Люди просто выживают, уж как умеют. Если этот вопрос касается тех, кто живет в Латвии. Делят обычно или добычу, совместно пойманную или награбленную, или подаяние. Надо самим работать на себя — и никаких проблем не будет! Лично мне не с кем и нечего делить.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *