Мама на пять с плюсом

• 30.05.2012 • ОбществоКомментариев (0)1222

Пять лет назад Елена пережила страшную трагедию — погиб ее любимый и единственный сын. Трудно даже представить, через какие муки пришлось ей пройти: боль, отчаяние, растерянность и физически невыносимая пустота…

Многих такая ситуация непременно сломила бы, лишила веры в жизнь и в себя, но Елена не сдалась. Она приняла, наверное, единственно верное в такой момент решение — отдать всю свою нерастраченную любовь, заботу и тепло тем, кто больше всего в них нуждается. Детям. Тем, кому родители оказались не в состоянии подарить нечто больше самого факта рождения — полноценную жизнь, ради которой вообще стоило рождаться.

Так в доме Елены и ее мужа – скромно живущих в частном загородном домике менеджера небольшой фирмы и шофера — появилось сперва двое, потом еще двое, а очень скоро ждут прибытия и пятого ребенка

Когда в министерстве благосостояния Лене предложили первых трех малышей из реестра допущенных к адоптации, она расплакалась. К каждой фотографии прилагалась цепочка жутких диагнозов самих детей и их биологических родителей: шизофрения, алкоголизм, целиакия, наркомания, астма, туберкулез, гепатит, физические и психические патологии…

Едва оправившись от смерти собственного ребенка, Елена поняла, что еще одну потерю она просто не переживет. А ведь это были лишь те диагнозы, которые обнаружились на момент поступления ребенка. Какой букет может вскрыться в перспективе — страшно представить. Ведь большинство детей из списка далеко не сироты из благородных семейств. Многие родились в семьях алкоголиков и наркоманов, которые и за собой-то следить были не в состоянии, а не то что за многочисленным потомством, рождавшимся в промежутках между похмельями.

Даже если физически и психически ребенок здоров, психологические травмы, нанесенные ему в раннем детстве, будут сопровождать его всю дальнейшую жизнь. «Психологи советовали брать детей до трех лет, максимум до пяти, — вспоминает Елена. — У них более гибкая психика и более избирательная память. Годам к девяти большинство детей из неблагополучных семей настолько ожесточаются и обижаются на жизнь, что даже в глаза не смотрят. Это дети-раны, на лечение которых надо положить все силы и время, что исключает всякую возможность работы, но тогда не на что жить. Так что в наших условиях это нереально».

Маша и Саша

Два года назад Елена с мужем взяли под опеку двух детей — Машу (3,5 года) и Сашу (5 лет). Сестру и брата, которые к своему юному возрасту прошли через самоубийство отца, алкоголизм матери, детдом и патронатную семью.

«Маша была вся такая сердитая. Волосы торчали редкими спутавшимися клочками, а кожа представляла собой сплошное кровавое месиво — до такой степени она расчесала многочисленные прыщики загадочного происхождения, — вспоминает Елена. — С собой малышка привезла пульверизатор для борьбы с приступами астмы и мешок лекарств».

Выяснилось, что прыщики — это аллергия на продукты: яйца, шоколад, мед… Пришлось посадить девочку на строгую диету. А вот с астмой даже бороться не пришлось — за два года у Маши не было ни одного приступа. «Может, это как-то связано с психологическим состоянием ребенка?» — предполагает Елена.

У Саши на тот момент врачи подозревали туберкулез. К счастью, этот диагноз не подтвердился. Зато вскоре обнаружился другой. Как-то на улице к Елене подошел незнакомый мужчина и настоятельно посоветовал сводить Сашу к эндокринологу. Эндокринолог, с тревогой посмотрев на мальчика, мигом отправил его к кардиологу, а тот — на хирургический стол. Выяснилось, что у Саши не закрылся сердечный клапан, что в перспективе могло привести к печальному исходу.

На привыкание приемных детей и родителей друг к другу в Латвии выделяют полгода — за это время надо решить, берет ли семья детей. «За такой короткий срок, конечно, трудно что-то понять, — рассказывает Елена. — Ведь первое время дети очень стараются, показывают себя с лучшей стороны, чтобы приемные родители не передумали. И тряпочкой стол вытрут, и игрушки сложат на место… Месяца через три они расслабляются. И тогда начинается проверка границ разрешенного. И тут надо держать ухо востро — возможны всякие случаи».

Елена своего решения не изменила. «Конечно, это трудно. И ответственность даже больше, чем за родных детей, зато… Это такая любовь! Мамочка, мамочка, мамочка… Перед сном малышка так меня затискает и зацелует, что порой уже нет сил ни на что. Но я понимаю, что ей это тепло просто жизненно необходимо. Осознавать, что ты единственная, кто может ей его дать, — это счастье».

Сергей

Освоившись в роли приемной мамы, Елена в какой-то момент поняла, что ей по силам взять под свою ответственность еще детей.

На следующий шаг ее вдохновил пример приемной (патронатной) семьи, откуда она два года назад взяла Машу и Сашу. Супруги, чьи родные дети уже выросли и не нуждаются в поддержке, брали под патронат детей, чей юридический статус пока не определен. В биологический семье родители или пьют, или бьют, но государство дает им шанс исправиться.

«Надо понимать, что даже самый чудесный детский дом — это казенное учреждение с совершенно иными правилами жизни. На самом деле, детям в нем не место. Он давит на ребенка и оставляет свою печать надолго. Скажем, у Саши до сих пор осталась проблема: он никак не может наесться. Все время смотрит голодными глазами и просит еще. Приходится его останавливать… чтобы живот не вырос», — грустно улыбается Елена.

Патронатная семья (audzu мimene) — это гуманный заменитель детдома. Приемные родители знают, что через некоторое время предстоит расставание. За это время надо подготовить детей к нормальной жизни. Морально и практически. Показать, как функционирует нормальная здоровая семья, научить ухаживать за собой, вести хозяйство, учиться… В общем, объяснить все простые истины, которых эти дети были лишены в реальной жизни.

Елена прошла обстоятельную проверку, отучилась на специальных курсах, сдала экзамен и отправила заявку в министерство. Там предложили двухлетнего Сергея, чья запойная мама обещала встать на путь истинный. Елена сходила в детдом, познакомилась с малышом. Забрать решила в июле, когда на работе дадут отпуск, а с августа в поселке, где живет Елена, обещали открыть детсадовскую группу для двухлеток. В общем, пока все складывается как нельзя лучше…

Жанна и Даша

«Вы пьете или курите?» — это был первые вопросы, которые задали Жанна и Даша. Елена решительно отвергла оба предположения и тут же начала контрнаступление. «Раз вы задаете такие вопросы, ведите себя соответственно — сказала она им, — у нас не пьют и не курят».

Девочек 12 и 14 лет Елене предложили взять сразу после Сергея. Мама-папа Жанны и Даши пьют. Бабушка, взявшись за опеку, потратила пособия непонятно на что — девочки сами пришли в кризисный центр, уже во второй раз. Там начали процедуру лишения родительских прав. Пока дети не станут юридически свободными, их решено поместить в патронатную семью…

Девочки поначалу не хотели. Бабушка запугала их: мол, патронатная семья — это настоящее рабство: заставят коровам хвосты крутить и детей своих нянчить… Но поскольку перспектива детдома радовала их еще меньше, пришлось соглашаться. Так полтора месяца назад полку Елены прибыло.

Разумеется, и новые воспитанницы привезли с собой пышный букет проблем. В 12 и 14 лет одна училась в 5-м классе, вторая — в 6-м. В школу они чаще не ходили, чем ходили. Многих учебников и тетрадей у них попросту не было. Родителям было все равно. В итоге к концу учебного года девочек могли попросту отчислить из школы. Пришлось Елене засучить рукава.

«В общем-то, они далеко не глупые девочки. К примеру, за время пребывания в кризисном центре они овладели латышским языком. А вот русский у них крайне беден, — делится опытом Елена. — Весь месяц мы сидели над учебниками и в Интернете. Зато представьте себе радость, когда старшая сдала литературу на 10, алгебру — на 6, а латышский — на 8… Слайд-шоу по географии для младшей осваивали вместе — я не знала, что это такое, а у нее никогда не было компьютера, к тому же она понятия не имела, где находятся Австралия, Индия, Африка… А стихотворение «Бородино» штурмовали две недели. Зато какая победа — Наполеону и не снилось!»

Конечно, не все так гладко. На днях Елену вызывали в школу: Жанна вела себя неадекватно. Выяснилось, что кто-то «добрый» угостил ее алкогольными конфетами — девочке понравилось, о последствиях она не думала. В другой раз «осчастливила» Даша: обещала вернуться домой днем, а приехала поздно вечером, наврав с три короба… В общем-то, нормальные подростковые дела. Но у Елены каждый раз сжимается сердце: чего ждать дальше?

«Я спрашивала Жанну и Дашу про их родителей. Чем они занимались, когда не выпивали? «Смотрели телевизор, — ответили девочки. — Мы их вообще не интересовали». Телевизор — это не меньшее зло нашего времени, чем алкоголь, — считает Елена. — Люди переселяются в него полностью и живут не своей жизнью. Родные дети их не интересуют».

Как дальше сложится судьба этих девочек? Скорей всего, родители за ум так и не возьмутся. По статистике, разрулить ситуацию удается лишь одной семье из четырех-пяти. Да и сами девочки не жаждут вернуться в прежнюю жизнь. Но в Латвии вряд ли кто-то решится удочерить двух подростков. В лучшем случае их ждут заграничные мама-папа. Если же таковых не найдется — так и останутся в патронатной семье.

«Государство у нас никакой ответственности за своих граждан и неграждан не берет, — считает Елена. — Никому не нужны ни социально опущенные люди, ни их дети. Попал человек в сложную ситуацию — разве кто ему поможет? Даст передохнуть, отдышаться, поможет вылечиться? Вот и спиваются, не в силах решить навалившиеся проблемы. А потом рожают больных и ненужных детей».

Зачем ей это надо?

Самый частый вопрос, который задают Елене. Ответ: уж точно не для денег.

Приемные семьи избавляют государство от расходов в более чем 500 латов в месяц на ребенка. Но никакой особой благодарности по такому поводу оно не демонстрирует. Из льгот — бесплатный проезд на транспорте для детей. И при полном отсутствии социальных гарантий для приемных родителей: в стаж «материнское» время не идет, пенсии не добавляет, больничных не положено, страхования здоровья не предоставляется…

Подопечным детям выделяют по 40 латов в месяц с требованием полного отчета, сколько на что потрачено (в случае Елены ровно столько стоит детский сад).

Детей под патронатом (тех, которые помещаются в приемную семью на время) снабжают чуть лучше. 135 латов в месяц на еду плюс 115 латов в год на одежду и мягкую мебель. Да еще временной маме 80 латов за воспитание (вне зависимости от числа детей).

«Поверьте, это совсем немного. Девочки-подростки хотят хорошо выглядеть. Двухлетнему Сергею сразу потребуются кроватка, коляска, куча одежды и обуви, памперсы. Вы даже не представляете, как много всего надо, — делится своими заботами Елена. — У нас два мешка картошки уходит за неделю. Рулона туалетной бумаги хватает на два дня. Стиральный порошок я закупаю ведрами. Принесла два килограмма яблок, купленных по акции, — на следующий день осталось одно. Кастрюля на пять литров супа уже мала — нужно минимум на семь…»

Увы, про кино, театр и зоопарк приходится только мечтать. Ни денег, ни сил на такие выходы не остается. Дай бог одеться, поесть и заплатить по счетам. Болеть — строжайше запрещено. Аптечные цены — это самое страшное наказание. В первый год малыши болели. Посчитав расходы на медицину, Елена решила сделать ход конем — летом вывезла детей к родственникам в Крым. В результате о проблемах со здоровьем на год забыли.

Сейчас Елена старается привлечь взрослых девочек к домашнему хозяйству: «Даю простейшие задания — полы мыть, цветы поливать, белье гладить. Пусть не особо качественно — главное, чтобы делали. Учу их любить малышей, ухаживать за ними… Иначе невозможно. Мне же нужно какое-то время и на себя оставить. И выглядеть хорошо, и книжку почитать, и мысли в порядок привести… Зато на что времени совсем не остается, так это на мысли о плохом».

Многие семьи в Латвии готовы получить статус приемной семьи, особенно из сельской местности, где нет никакого шанса найти работу. В основном на курсы приходят одинокие люди — свои дети выросли или их не было. Время и силы есть. Сейчас брать детей разрешено даже одиноким женщинам и мужчинам.

Так все же, зачем им это? Ирина задумалась: «Все очень просто и сложно одновременно. Мы нужны этим детям, чтобы они получили шанс увидеть нормальную жизнь. Жизнь без постоянной горечи и разочарования. Жизнь, в которой есть место теплу и любви. С уважительными отношениями между мамой и папой, в которых нет бесконечных пьянок, драк, ругани и брани…

Для меня высшей наградой за труды будет узнать, что мои девочки получили хорошее образование, посмотрели мир, нашли себе достойных мужей, настоящую опору, чтобы они не разочаровались в жизни, чтобы могли приласкать и пригреть своих детей… Обычные скромные человеческие радости, которых почему-то большинство людей не ценят. Дети — это самое светлое, что только может быть и во что имеет смысл вкладывать силы, время и деньги».

В новую семью

55 детей были адоптированы в Латвии за три месяца 2012 года. Это на шесть детей больше, чем за тот же период прошлого года. Из них 30 детей остались на родине, а 25 малышей нашли семьи за рубежом.

Жители Латвии чаще всего выбирали детей в возрасте до шести лет, и только один ребенок был адоптирован в возрасте до 18 лет. За границу отправились 10 детей в возрасте до 18 лет, а еще 15 — в возрасте от двух до девяти лет.

Сегодня в регистре усыновителей есть информация о 1279 детях, которым нужны новые родители. Причем подавляющее большинство — 889 — в возрасте от 10 до 18 лет.

318 родителей были лишены родительских прав на заботу о ребенке в 2011 году. В 2010 году таких было на 60 меньше.

Поддержим доброе дело!

Желающие помочь этой семье, могут оставить свои координаты в редакции по тел. 67088777

 

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *