Куда катится Латвия

• 13.06.2012 • ИнтервьюКомментариев (0)877

 «Суббота» пообщалась с историком, политологом, экспертом по странам постсоветского зарубежья Модестом Колеровом, чьи громкие заявления по отношению Балтийских стран сделали его невъездным в Литву и Эстонию. Удивительно, что в Латвию он прибыл без каких-либо препятствий.

В Латвию государственный советник Российской Федерации 1-го класса приехал по приглашению Балтийского форума для презентации своей книги «Пульсирование империй», в которой обозначил свой взгляд на геополитическую ситуацию в мире и предложил свою формулу будущего России и ее политики в отношении русских за рубежом.

Модест Алексеевич славится довольно жестким видением того, что в последние 20 лет происходит с бывшими республиками Прибалтики. Не удивительно, что в 2007 и 2009 году ему последовательно и без объяснения причин отказали во въезде в Литву и Эстонию. 

«Что для России страны Балтии?» — спросил Колерова журналист одной латышской газеты, чье интервью с историком было назначено перед «Субботой».

«Ничего! — резко ответил Модест Алексеевич и, видя явное замешательство латышского журналиста, пояснил. — Транзитные территории — не более того». С этого мы и начали наше интервью.

— Можно ли из этого сделать вывод, что для России все наши подсчеты ущерба от оккупации, парады эсэсовцев, награждения Саакашвили высшим латвийским орденом — вроде писка мышей под полом?

— Не тешьте себя этой мыслью. В России все замечают и делают выводы. Подсчет ущерба от оккупации может выйти боком самим счетоводам. Ведь если была оккупация, то нынешняя независимость Латвии незаконна — ведь объявили независимость оккупационные власти — избранный советскими гражданами Верховный Совет ЛССР…

— Почему же Рига постоянно строит образ врага из России, даже когда ей это экономически невыгодно?

— Потому что она строит нацию, которая не строится без образа врага. По логике развития событий следующим правительством Латвии будет управлять Райвис Дзинтарс. В этом случае можно даже не сомневаться о судьбе отношений Латвии и России.

— Есть ли почва для высказываний наших националистов, что Россия спит и видит, как вернуть Латвию в сферу своего влияния?

— Конечно, нет. Почему все бывшие республики СССР считают себя центром земли?

Почему Латвия думает, что в Кремле все ломают голову, как бы сюда заслать тайную танковую дивизию и отнять у конкретного гражданина его хлеб с маслом, а у министра — его портфель?!

России не нужно дополнительное бремя! Вы свой выбор сделали и должны понести ответственность за него до конца. Если мы будем вмешиваться и всех лечить, то будем крайними и виноватыми во всем.

В пропасть вместе с ЕС…

— Каким вы видите будущее ЕС и еврозоны? Имеет ли Латвии смысл в нее вступать?

— Несомненно, экономически этот союз не выстоит. Возможно, удержится Шенгенская зона, но и то не окончательно. Торопиться в еврозону сегодня вообще не имеет смысла — посмотрите на пример Польши, Венгрии и других стран.

Но какой смысл об этом говорить, если для Латвии особое удовольствие — вскочить в последний вагон поезда, падающего в пропасть? Вы вступили в ЕС, когда уже было понятно, что он будет разваливаться. Ваше правительство, принимая решения, исходит не из интересов страны, а из сугубо личных интересов правящей этнократии: не секрет, что премьер Домбровскис видит свою карьеру в Брюсселе. Значит, ему нужно выдавать результаты.

Кстати, в националистической политике зачастую реализуется фактор личной карьеры: «патриоты» готовы погубить свою страну, ввергнуть ее в пучину гражданских конфликтов и при этом будут выдавать себя за великих миротворцев.

— Получается, нет света в конце тоннеля?

— Почему же? Латвия будет тихой доброй страной в масштабах Люксембурга. Злые русские уедут, а останутся одни старые добрые латыши.

— Почему злые русские не стремятся ехать работать в Россию, где они могут с русским языком занимать хорошие должности, а предпочитают полоть грядки и собирать клубнику в Ирландии?

— Должны же они приобрести опыт сбора земляники, прежде чем переехать в Россию! Каждый должен со своими иллюзиями расставаться самостоятельно. В России эта добровольная дебилизация, когда люди с высшим образованием работали челноками, закончилась где-то в середине 90-х.

Кстати, вы не совсем правы: порядка семи тысяч эстонских интеллигентов уже переселились в Питер на работу. И прекрасно изъясняются по-русски — там им не перед кем англоязычную ярмарку тщеславия демонстрировать.

В Москве постоянно живут 200 тысяч западных граждан. У них есть свои печатные издания: итальянская газета, французская, две немецкие, четыре английские, но я не думаю, что они с эстонцами будут говорить по-английски, — им это неинтересно.

Еще один забавный момент: когда страны Прибалтики вступали в ЕС, они называли два своих конкурентных преимущества: квалифицированную рабочую силу и двуязычное население. Таким образом, они успешно продали свое советское наследие, которое теперь почти растрачено…

— Латвия еще может реализоваться как отдельная страна?

— Недавно она окончательно отказалась от финансового суверенитета, подписав документы о единой финансовой дисциплине с Брюсселем. Так что нет оснований говорить об отдельном государстве. Единственное, что ей разрешено, — проводить независимую национальную политику националистического толка.

Была надежда, что Брюссель после референдума положит конец ущемлению прав меньшинств, но оказалось, что мультикультурализм для него не цель — куда важнее выстраивание фронта против России. И ЕС закрывает глаза на то, чего не видеть нельзя.

Пятая колонна — это миф

— Почему же Россия не поддержала референдум?

— Референдум был целиком местной инициативой. Никакой руки Москвы не было.

Россия и хотела его поддержать, всеми фибрами хотела — искала, как, где, чего и кому, — но тут и референдум прошел. Я сожалею об этом.

Я считаю референдум очень важным событием: он дал законные и юридически корректные цифры числа граждан, для которых русский язык является ценностью — политической и гуманитарной, необходимой для их идентичности. И этих людей заведомо больше 20 процентов. Значит, по всем действующим в ЕС стандартам, этому языку необходим региональный статус в областях, где более 20 процентов жителей голосовали за русский язык.

Скажем, в Даугавпилсе, откуда я только что приехал, латышский язык как государственный прививается принудительно со стороны центральных властей. Надеюсь, что в результате длительной бюрократической борьбы русский язык там получит статус.

С евробюрократами можно бороться их же оружием. Например, напомнить, что есть блестящий прецедент — Охлицкое соглашение 2001 года, когда Европа выступила на стороне восставших албанских наркоторговцев и для защиты их прав ввела 20-процентную норму задействования албанцев в полиции, органах власти и статус языка…

Скажем, в России и 20 процентов не требуется. В Адыгее живут около 16 процентов адыгейцев, но там реальное двуязычие. В Карелии финнов процентов десять, но и там все таблички на финском.

Когда в Чечне в силу понятных причин появилось много судебных дел о незаконных вооруженных формированиях, возник целый рынок переводчиков с чеченского языка: местные жители требовали судопроизводства на чеченском языке — и им его предоставили. Вот и вы боритесь!

— Эта борьба сильно обостряет противостояние в стране и льет воду на мельницы спецслужб, которые пугают латышей русской пятой колонной…

— Меня возмущают претензии спецслужб, что кто-то здесь от кого-то зависит. Уж они-то сами, проистекающие от вашингтонского обкома, будут нас учить независимости!

Российские соотечественники не только не зависят от российских властей, но они еще и вынуждены бороться с российскими бюрократами, чтобы доказать свои законные права называться соотечественниками.

Почему латыши заговорили о расколе общества лишь тогда, когда загнанный в угол и лишенный образования на родном языке народ начал защищаться слабыми заячьими попытками? Общество расколол не референдум, а нарушение прав русских. В защиту единства общества надо было выступать 20 лет назад, когда проголосовавшие за независимость латвийские русские были отстранены от власти…

— Россия собирается поддерживать борьбу за русский язык?

— Должна! Всеми законными методами. В том числе и финансированием законных организаций.

— В Европе живут шесть миллионов русских, но Россия не очень-то спешит помочь соотечественникам…

— Дело в том, что при Медведеве право называться соотечественником было сведено до узкого круга лиц, которые лично занимаются балалаечным промыслом и целуются с бюрократами из посольств, — каких-то 20 человек на весь мир.

Надеюсь, что закон будет пересмотрен и статус соотечественника смогут получить все, кто воспитан в русской культуре и рожден на просторах Российской империи или СССР. Те, кто сам себя считает русским. Соответственно, надо навести порядок и в распределение средств помощи соотечественникам.

Хороший пример по отстаиванию интересов своих — Польша. Зарубежные поляки получают специальную карту Полонии, которая дает множество привилегий. А как грамотно поляки отстаивают позиции языка в Литве — там речь идет даже не о статусе регионального, а серьезнее!

— На что могли бы рассчитывать обладатели «карты России»?

— Самое главное — поддержка местных медиа и создание вертикали субсидируемых некоммерческих русских школ — от садиков до вуза. Это самое важное для сохранения русской культуры и идентичности. Не зря ведь все попытки ее истребления и ассимиляции начинаются с разговоров о закрытии школ и садиков.

Качество современного европейского образования — это отдельный разговор. Это настоящая фабрика нажимателей кнопок и управляемых детей телевизора и Интернета. Они даже писать не умеют — их с садика приучают ставить галочки в квадратиках тестов.

К счастью, в России еже жива дореволюционная имперская система фундаментального образования, которая выпускает людей хотя бы минимально широко образованных.

Болонские стандарты образования превращают большинство людей в управляемое стадо. Но это самоубийственная слепота. Настанет время, когда нажиматели кнопок захотят большего — и…

— Октябрьская революция?

— Скорее Французская.

В Латвии демократия, но не для всех

— Многие говорят о том, что демократия себя изжила, она породила невероятное расслоение людей. Есть ли у вас предложения, как построить социально справедливое общество?

— Общество всеобщей социальной справедливости невозможно — такова человеческая природа. Но это не значит, что к этому нельзя стремиться. И инструменты демократии вполне для этого подходят.

Инструмент вещь техническая, как зубная щетка и туалетная бумага. Они работают и никуда не исчезнут в будущем, просто не все модели удачны. Так и демократия работает уже давно, в разных модуляциях: была, к примеру, военная демократия у диких германских племен, где проигравший кандидат съедался. Особенно стремились съесть его печень, напитанную гормонами от избирательных эмоций. Сейчас проигравших тоже… съедают, но более цивилизованными способами.

— На какой стадии демократии находятся Латвия и Россия?

— В Латвии демократия носит этнический характер, а в России она носит общегражданский характер. То есть в России она для всех независимо от национальности а в Латвии — преимущественно для граждан титульной национальности.

— Чем это чревато?

— Думаю, латвийская этнократия постепенно перенесет себя на пространства Ирландии. Сами видите, все социально мобильное отсюда уезжает, а ирландские и британские власти уже избавились от предрассудков: создают в равной степени латышские и русские классы для детей иммигрантов. Значит, скоро там будет создана вертикаль латышской школы, а здесь… бюрократы будут выбирать сами себя, потому что пенсионеры когда-нибудь закончатся естественным путем.

Русская смута, дубль 3-й

— В России тоже, похоже, дело идет к революции. Как вы оцениваете движение оппозиции?

— Оно имеет глубокие корни и отражает исторические традиции России: в смутные времена XVII и XX веков у средних слоев, которые имели достаточно бытовой и общественной свободы, появлялось желание получить нечто большее.

Сегодня между претензиями части среднего класса и интеллигенции на участие во власти и их реальным политическим весом огромная дистанция. Их самый большой успех — 20 процентов голосов, полученных на выборах в Москве миллиардером Прохоровым. Но почему никто не говорит о 20 процентах, которые в той же в Москве получили коммунисты?

Говоря языком, понятным советскому человеку, в России происходит борьба за выход к кормушке. При этом оппозиционеры претендуют на большее участие в жизни страны, не беря на себя весь груз социальной ответственности.

— Вы думаете, Путин тот человек, который сейчас нужен России?

— А что здесь рассуждать? Его избрали. Даже его противники, которые оспаривают конкретный результат, говорят, что он набрал не 56, а 53 процента, что сути не меняет. Они не могут оспорить его победу.

— А если бы Медведев не сказал, что он проголосует за Путина?

— Думаю, тогда Путин набрал бы еще больше.

— Что вы думаете о политическом будущем Путина?

— На пенсию уйдет. Скорей всего, после первого срока. На второй он точно не пойдет.

— Какое будущее у путинской России? Одна из претензий оппозиции к Путину: он ничего не сделал для модернизации, для того, чтобы снять Россию с нефтяной иглы…

— Это вам старший прапорщик Сидоров сказал? А вам не сказали, что Путин кровавый тиран, который ест крестьянских младенцев, запивая дрезденским пивом?

Если смотреть цифры, то сегодня поставки энергоресурсов составляют 70 процентов доходов бюджета от внешней торговли. У России сырьевая ориентация только во внешней экономике, а на внутреннем рынке доходы от энергоресурсов — только 11 процентов, а все остальное — обычная структура промышленности.

Кстати, в нынешних условиях, чтобы добывать газ и нефть в условиях Крайнего Севера, нужно обеспечить массовое тиражное производство технологий, которые по сложности равны кос- мическим, — трубы, насосы и прочее-прочее. Почему никто не спрашивает о модернизации и технологичности у властей США, которые добывают нефть в Мексиканском заливе?

Да если Россия будет действовать по европейским стандартам модернизации, ее интеллектуальный потенциал кончится завтра — споткнется на болонской системе преподавания в вузах! К счастью, пока нашим университетам — Питерскому, Московскому, Бауманскому — дано право самим формулировать свои требования. Надеюсь, что они отбрыкаются от вашей модернизации для папуасов.

А вам не сказали, что Путин кровавый тиран, который ест крестьянских младенцев, запивая дрезденским пивом?

 

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *