Главный лузер года — латвийское государство

• 29.08.2012 • ИнтервьюКомментариев (0)782

Известный составитель списка миллионеров и автор скандальных книг про олигархов и президентов Лато Лапса рассказал «Субботе», какие познавательные и поучительные выводы можно сделать из его топов, полностью опубликованных в журнале Pastaiga.

— Как вы подсчитывали доходы и убытки?

— Арифметика очень проста. Основываясь на данных Регистра предприятий, мы получали данные о том, какая компания сколько заработала. Допустим, компания Х заработала 10 миллионов. Если гражданину У принадлежит в ней 70 процентов — значит, он заработал семь миллионов. То же с убытками.

Мы не брали в расчет государственные предприятия — там убытков было бы немерено. А на первом месте среди потерь — компания «Государство латвийское». Его убытки — это дефицит нашего бюджета (за 2011 год — 444,9 млн. латов, или четыре процента ВВП).

— Очевидно, теряют наши предприниматели гораздо более крупные суммы, нежели зарабатывают…

— Увы. Но это объяснимо. Ведь большинство рекордсменов по потерям — из сферы недвижимости. А там, как все знают, пузырь лопнул со страшным грохотом. Скажем, г-жа Свиридова потеряла 79 миллионов латов. Точнее, потеряло ее предприятие, и сейчас она ходит по судам, пытаясь уменьшить потери, но пока цифры таковы, каковы они есть.

С другой стороны, бессменный руководитель Latio Эдгар Шинс, представитель той же области недвижимости, проходит у нас в топе прибылей. Это говорит о том, что в любой сфере, даже самой невезучей, есть профессионалы, которые как-то выкрутятся. Компания Latio диверсифицировалась: теперь она также занимается домоуправлением, ремонтами, картографией и прочими делами.

— Может, топовые доходы значительно меньше убытков, потому что большую их часть скрывают и оптимизируют?

— Это совсем не просто. Скажем, куда вы спрячете 10 миллионов? Вот какую-нибудь сотню тысяч прибыли растворить гораздо легче. Можно купить дорогую недвижимость, машину или, как г-н Спруджс (министр среды. —   Прим. ред.) ,одолжить какие-то денежки самому себе. Но миллионных прибылей в нашем списке совсем не мало, так что не все спрятали.

— Любопытное наблюдение: те люди, предприятия которых зарабатывают миллионные суммы, обычно большую часть прибыли оставляют на предприятии. А вот те, у которых прибыль 200-300 тысяч, частенько по 100-200 тысяч выбирают в виде дивидендов и тратят…

— Вообще я считаю свои списки очень серьезными: они четко показывают, что происходит с экономикой, кто зарабатывает, кто теряет. Кстати, до Нового года я планирую выпустить еще и полный список миллионеров Латвии — тех, чье личное состояние зашкаливает за миллион евро. Таких у нас 700. А три года назад, когда я составлял подобный список, их была тысяча. Кризис покосил наши ряды богатых и знаменитых.

В виде новогоднего подарка я планирую публикацию в журнале «Капитал» списка 100 самых богатых людей Латвии, в котором я прослежу связи между фигурантами — порой они очень тесные.

Заработать можно на всем

— Какие выводы можно сделать из ваших топов? На чем у нас в Латвии можно заработать?

— Из списка видно, что нет одной сферы, которая генерирует миллионеров. Мол, иди туда — и там тебе гарантированы прибыли. Еще несколько лет назад таким золотым дном была недвижимость. На ней зарабатывали больше, чем в торговле и сервисе. В сотне самых богатых людей Латвии чуть ли не половина была из сферы недвижимости.

Сейчас таких беспроигрышных направлений нет. Мой список показывает, что человек с талантами, головой, деловой хваткой и опытом при наличии некого стартового капитала и наработок может неплохо зарабатывать почти во всех сферах.

В список неплохо заработавших входят даже представители, казалось бы, самой несчастной и обделенной сферы — сельского хозяйства. Скажем, есть в Латвии фермер, который выплатил себе дивиденды — миллион с копейками. Достаточно неплохо. При этом ничем таким экзотичным он не занимается — никаких страусов! Скот, зерновые, овощи… Конечно, это очень рискованный бизнес — никогда не знаешь, как Боженька с тобой может пошутить, — но и прибыль там можно получить действительно очень хорошую. Особенно если грамотно привлечь еврофонды.

Похоже, деревообработка и фармацевтика выдержали все времена. Тут все время прибыль.

Разумеется, несмотря на состояние кошелька, лекарства человеку всегда нужны. А лесная отрасль — это наш главный экспорт. В результате среди ветеранов списка — представители фармацевтики Вадим Телица и Киров Липман, который, каким бы эксцентричным и экстравагантным ни был, знает свое дело и всегда показывает результат.

Еще два ветерана «прибыльного» движения — глава Skonto Bыve Гунтис Равис (хоть недвижимость нынче переживает нелучшие времена, его услуги востребованы) и глава Rietumu Banka Леонид Эстеркин. Этот банк — редкий случай, когда банк зарабатывал даже во время кризиса, когда все другие финансово-кредитные учреждения отчитывались об убытках.

И, конечно, сегодня на коне новые технологии — главный источник высокой добавочной стоимости: третьим в списках прибылей стоит компания Mikrotоkls, которая нашла свое место в технологических процессах мира.

— Есть какие-то общие черты у фигурантов списка успешных?

— Большинство из них не ограничиваются рынком Латвии. Регулярно зарабатывать миллионы только на рынке в два миллиона человек, конечно, нельзя. Те же фармацевтические предприятия продают медикаменты на весь мир. Правда, цены на лекарства у нас зашкаливают, но это отдельная тема. Или вы много видели рекламы, где Rietumu Banka предлагает местным жителям оплачивать коммунальные счета? То есть они явно делают ставку не только на местных клиентов.

С Вантового моста миллионеры не прыгают

— В чем главные причины потерь?

— Человек просчитался. Думал, что в этом году построю столько-то квартир, продам за такую-то цену, верну банку столько-то, заработаю столько-то… Но тут недвижимость встает, банк включает проценты, и уже не выкарабкаться.

Есть вещи, которые нельзя рассчитать. Вряд ли кто-то всерьез думает, что Каргин с Красовицким хотели, чтобы с банком случилось такая трагедия: мол, пусть мы потеряем миллиарды, но пусть и Латвии будет плохо. Долгие годы они успешно выкручивались из трудностей, а тут просчитались. И никто в Латвии никогда не терял больше денег, чем они.

Но Каргин с Красовицким — наглядный пример того, как важно соблюдать заповеди Божьи. В данном случае это алчность. «Альфа-банк» предлагал им без малого миллиард, но они захотели больше… Сейчас жили бы со своим неполным миллиардом на двоих где-то в приятном месте, а бедный Parex стал бы головной болью «Альфа-банка», хотя, может, в случае продажи судьба Parex была бы более радужной.

С другой стороны, большие потери не всегда приводят к скоропостижной кончине предприятия. Например, в топе убытков у нас банкиры Юрий Шапуров и Андрей Свирченков, но их банк продолжает работать и ситуация исправляется.

— А есть люди-фениксы, которые полностью прогорели, но возродились из пепла?

— Чтобы у нас кто-то упал и поднялся по второму разу, как легендарный Дональд Трамп? Таких я не знаю. С другой стороны, не было у нас и историй, чтобы крупный миллионер все потерял и спрыгнул с Вантового моста. Вроде и Каргин с Красовицким не бедствуют, и та же Лариса Свиридова вряд ли стоит на паперти с протянутой рукой. Всем известный Евгений Гомберг понес большие убытки, но что-то у него осталось.

— По сравнению с прошлым годом список сильно поменялся?

— Не то чтобы кардинально, но поменялся. Нелегко хорошо зарабатывать в одном отдельно взятом году, но зарабатывать из года в год миллионы — в этом есть что-то героическое.

— Кого в списках больше — русских или латышей? Кто предприимчивее?

— У г-на Каргина была хорошая поговорка: «У денег национальности нет». Как доказательство в моих топах русских и латышских фамилий примерно поровну. А вот людей с иностранными фамилиями нет вообще.

— Из ваших топов можно сделать вывод, что кризис кончился или продолжается?

— Для одних кризис никогда и не наступал, для других наступал, но они с ним справились, для третьих он продолжается и будет продолжаться. Как ни цинично это звучит, многое зависит от человека и места, которое он занимает. Для работников музеев кризис не закончился. У Кирова Липмана кризис был, но он вышел из него победителем. Если говорить о среднем уровне, то последние год-полтора жизнь не становится хуже.

Олигархов в списках не числится

— Что-то я не вижу в списках наших достопочтенных олигархов…

— Г-н Шлесерс официально никогда не был «замешан» в крупных официально зарабатывающих миллионы предприятиях. Что там на самом деле — не нам судить. Это пусть прокуратура и KNAB решают.

Г-н Шкеле всегда был крупным хорошо зарабатывающим предпринимателем, но он всегда любил поиграть в прятки — последние несколько лет всегда зарабатывали его жена и дочери, а не он сам. Правда, в этом году в списки не попали и они. Но если бы весь «семейный» бизнес был зарегистрирован на одного Шкеле, он фигурировал бы и у нас. А так мы не знаем, как честно поделить, сколько на самом деле принадлежит ему, а сколько семье.

Лембергса здесь вы тоже не увидите. Насчет его прибылей есть несколько правд, коренным образом отличающихся друг от друга. Правда самого г-на Лембергса: вот смотрите, все, что у меня есть, записано в декларации, я буду стоять на этом до конца. В декларации у него вообще непонятно, чего больше — минусов или плюсов. К тому же похоже, что дети его не бедствуют. Есть и правда прокуратуры, которая пытается доказать, что Лембергс является владельцем оффшоров таких-то и таких-то, что на самом деле ему принадлежит имущества на несколько сот миллионов и больше. И чья правда правдивее, мы вряд ли когда-нибудь узнаем.

— А есть у нас высокоприбыльные слуги народные: депутаты, чиновники?

— Чего нет, того нет. Их официальные доходы не зашкаливают. Если посмотрим в сторону бывших государственных мужей, то первый, кто приходит в голову, — бывший министр земледелия Гунтар Берзиньш: он всегда был крупным фермером и сейчас зарабатывает хорошо. Но среди действующих политиков я таких не припоминаю.

Все же это вещи несовместимые. Одно дело брать большие и небольшие взятки, подрабатывать, но многомиллионный бизнес — вещь очень трудная и трудоемкая. Можно завидовать той сотне людей, которые заработали свои миллионы, но я не думаю, что можно найти даже единицы, к которым эти миллионы приходили бы просто так.

— Почему в списках убытков не числится Раймонд Паулс, который потерял в Сбербанке миллион евро?

— Он не предприниматель, а отследить доходы частных лиц трудно. В случае с маэстро мы тоже ничего не узнали бы, если бы раньше о его доходах не рассказала декларация депутата (по закону она доступна для всеобщего обзора), а потом он сам публично не плакался бы.

Топ-10 самых успешных бизнесменов

1. Аргод Лусиньш (торговля горючим, аренда помещений) — 11,23 млн. латов.

2. Вадим Телица (сеть аптек, фармацевтический бизнес) — 9,56 млн. латов.

3. Арнис Риекстиньш (новые технологии, программное обеспечение) — 7,22 млн. латов.

4. Иосиф Апт (фармацевтический бизнес) — 4,99 млн. латов.

5. Улдис Асарс (строительные товары и деревообработка) — 4,94 млн. латов.

6. Леонид Эстеркин (банковский бизнес) — 3,50 млн. латов.

7. Улдис Миеркалнс (лесная промышленность) — 3,25 млн. латов.

8. Киров Липман (фармацевтический бизнес, металлургия) — 2,69 млн. латов.

9. Гунтис Равис (строительство) — 2,50 млн. латов.

10. Михаил Ганев (портовые работы) — 2,49 млн. латов.

Топ-10 бизнесменов, понесших убытки

1. Лариса Свиридова (недвижимость) — 79,34 млн. латов.

2. Айвар Балодис (недвижимость) — 13,90 млн. латов.

3. Иева Рубезе (недвижимость) — 7,53 млн. латов.

4. Имант Янсонс (отделка полов и стен) — 6,25 млн. латов.

5. Владислав Макаров (оптовая торговля фруктами и овощами) — 3,73 млн. латов.

6. Андрей Свирченков (банковский бизнес) — 3,7 млн. латов.

7. Юрий Шапуров (банковский бизнес) — 3,7 млн. латов.

8. Евгений Гомберг (недвижимость и управление ею) — 3,12 млн. латов.

9. Марика Упениеце (сеть продуктовых магазинов) — 2,21 млн. латов.

10. Нормунд Шмукстс (торговля через почту и Интернет) — 2,05 млн. латов.

Чего стоят наши президенты

Лато Лапса — автор серии скандальных разоблачений про наших политиков. В разные времена его героями были Лембергс, Шлесерс, Шкеле, Вайра Вике-Фрейберга и нынешний президент Латвии Андрис Берзиньш. Единственный, о ком он отказался писать книгу, — Валдис Затлерс: Лато счел его недостаточно яркой личностью.

«Суббота» попросила Лато прокомментировать историю с квартирами, машинами и прочими привилегиями президентов.

— Основная беда Затлерса в том, что он человек абсолютно безвольный. За одним-двумя исключениями ему никогда не хватало решимости сказать твердое «нет». Он всегда что-то мямлил. Меня нельзя упрекать в симпатиях к нынешнему президенту, но если сравнить его с предыдущим, получится картинка не в пользу Затлерса.

Был у Затлерса скандал с мигалками. Он говорил: не могу от них отказаться — есть какие-то правила. Мол, меня сажают в какую-то машину, куда-то везут, и я не могу им приказать не ставить мигалки. Приходит другой президент (Берзиньш), и оказывается, что глава государства может сказать твердое слово. Он может позволить себе отказаться от зарплаты, дачи, квартиры.

С другой стороны, нельзя сказать, что лучше — богатый президент или бедный. Помню, когда Шкеле избрали премьером, все говорили: ой как хорошо, он богатый, у него уже все есть, ему не надо воровать. Но оказывается, что все зависит от мотивации. Есть богатые люди, которым хочется все больше и больше, и есть бедные люди, которым не хочется больше, которым хорошо так как есть.

Или возьмем историю с квартирой и машиной для Затлерса. Я не верю, что он приходит в канцелярию и говорит: «Мне машину такую-то, квартиру такую-то, завтра до обеда и кожаный салон обязательно». Но почему бы ему не сказать четко: «Хватит надо мной издеваться со всеми этими квартирами и машинами — мне ничего не нужно. У меня есть собственная машина и квартира в центре»? А он мямлит: «Ну что я могу, так положено…»

Помните, когда началась эта дискуссия о люксовом ремонте в квартире Вайры, она тоже получила по полной. Но вышла с поднятой головой. Все же есть разница, когда человек говорит со стопроцентной уверенностью: мне полагается, потому что полагается. Тогда большая часть народа будет склонна в конце концов поверить в это. Тем более что речь идет о мизерных суммах по сравнению, скажем, с теми десятками миллионов, которые наше государство тупо инвестирует в airBaltic.

Нынешний президент Латвии пока абсолютный ноль как президент. Что важного сделал президент Берзиньш? Отдал зарплату школам — хорошо. Отказался от мигалок, дачу не хочет… Это нормальные человеческие качества и души прекрасные порывы. У академика Лысенко с порывами тоже все было в порядке, только кукурузу на Северном полюсе не получилось вырастить. Где замечательные качества государственного мужа, где ответственные, решительные, смелые, необходимые решения? Их не видно. Может быть, пока не видно. Я на это надеюсь.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *