Мариус, жираф датский

• 22.02.2014 • ОбществоКомментариев (0)895

Пока мы страдали над запретными копчёностями и размышляли, как отстоять русские школы, пришла новая беда откуда не ждали

За последние дни столько уже написано про малыша жирафа, показательно убитого из пистолета с гвоздями в Копенгагенском зоопарке, что вроде и добавить нечего.

Куда ни глянешь — везде фотографии жирафа, видеоролики его казни и кормление львов на глазах толпы детей.

Интернет взорвался. Причём с самых разных сторон. С протестом выступили защитники жирафа и животных вообще. Им возражали сторонники, упирающие на то, что все мы едим мясо-колбасу. А чем жираф лучше, например, коровы?

Дошли уже до абсурда. Одна московская газета додумалась до того, что сравнила руководство Копенгагенского зоопарка с президентом Путиным. Мол, точно так же, как датский директор не отреагировал на петиции тысяч защитников жирафа Мариуса, президент России плюёт на требования оппозиционеров с Болотной площади.

Это называется простым и ёмким словом — демагогия. Не надо всё мешать в одну кучу — и колбасу, и гуманность, и протесты оппозиции.

Неправильные гены

Конечно же, знаем и об особенностях естественного отбора в дикой природе. Конечно же, большинство из нас привыкли к вкусным мясным блюдам и шубам-дуб­лёнкам, сделанным понятно из чего.

Речь не об этом. Полуторагодовалый жираф Мариус был приговорён к уничтожению согласно неким инструкциям, принятым в ЕС. Потому как оказался генетически неполноценным, рождённым от состоявших в родстве особей. Мы не знаем, что послужило причиной вообще создавать такую директиву. Потому как, в принципе, вовсе не секрет, что есть на Земле и люди, родившие­ся в результате инцеста или родственного брака. И это вовсе не попытки оправдания инцестов. Просто страшно подумать, что вдруг однажды кому-то придёт в голову отрегулировать таким образом и рождаемость людей. Все мы знаем, каким словом это называется. И как бывает, если люди одной, «правильной» нации ставят себя выше другой, «неправильной».

Ценность жизни

С жирафом Мариусом получилось ужасно. Люди убили его из пистолета, стреляющего гвоздями. Разделали в присутствии толпы людей и множества маленьких детей.

И скормили львам. Чтобы мясо не пропало. Целесообразность победила человечность. Петиции, которые писали защитники жирафа, никто не взял в голову. Зоопарк отказался передать жирафа тем, кто хотел его спасти. Отказались и от собранных 500 тысяч долларов. Йеллоустонский и другие парки, пожелавшие выкупить малыша Мариуса, получили отрицательный ответ.

После показательного уничтожения жирафа поднялась такая волна протеста, что стало понятно: это событие перешло за рамки просто защиты животных.

Это уже обо всех нас. Потому что все мы сего­дня немного жирафы.

Да, животный мир жесток, там правит естественный отбор. Слабые погибают, сильнейшие выживают. Но в данном случае детям и взрослым пожелали показать, что ценность жизни равна нулю. А детям был дан урок жестокости. Пусть привыкают. Легче будет потом выживать в бесчеловечном мире.

…Был такой потрясаю­щий японский фильм — «Легенда о Нарайяме», где рассказана легенда о том, как взрослые дети увозят своих немощных родителей умирать на гору Нарайяма, чтобы не мешали жить и не действовали на совесть выросших детей. Однако всегда находятся те, кто не принимает такие законы, потому что в их сердце живёт не расчёт, а любовь. Просто любовь.

Может быть, именно потому, что такие люди ещё остались и есть сейчас, наша цивилизация до сих пор не погибла, хотя имела множество шансов быть самоуничтоженной. Это если говорить глобально.

Просто вспомним, что за каждым творением Божьим стоит Бог. А человека от дикой природы отличает человечность. Гуманное обращение с животными — один из показателей цивилизованности любого общества.

Пока я писала это, пришло известие, что в зоопарке Дании хотят умертвить ещё одного жирафа. Потом вроде бы это дело отменили.

Но кто поручится, что повторения не будет?

Что-то неладно в этом королевстве… А может быть, и со всеми нами.

***

«Сало, масло, колбаса!»

— написано большими буквами на плакате нашего мира

Директор Даугавпилсского зоопарка, психолог Михаил Пупиньш уверен, что зоопарки нужны не для науки или сохранения генотипов, а для воспитания любви к животному миру.

Зачем родили «неправильного» Мариуса?

— Безусловно, мы эту кровавую акцию не поддерживаем и считаем неприемлемой практикой зоопарков.

К счастью, никаких «зверских европейских законов», которые поддерживали бы подобные начинания, нет. В своём решении копенгагенский директор ссылается на нормативы ЕАЗА — Европейской ассоциации ­зоопарков и аквариумов. Это обычная общественная организация, которую могут создать любые три человека. И назвать как угодно солидно. Эта ассоциация — не законодательная структура.

В своём решении работники зоопарка ссылались на то, что этот жираф родился в результате близкородственного скрещения. Но и тут они лукавят: судя по документам, их волнует лишь то, что жирафов с подобным генотипом стало слишком много. Мол, никакой у него породной ценности — одни лишь издержки на содержание.

Повод сильно надуманный: жирафы в неволе не размножаются сами по себе — их надо спаривать. Они ведь не через полтора года узнали, что Мариус «не тот». Если им не нужен был такой «банальный» генотип, зачем допустили, что бедный Мариус родился? Это же не сотни крыс в клетке, которые бесконтрольно спариваются сами по себе. У жирафов элемент неожиданности исключён. Есть племенные книги, которые позволяют рассчитать, кто от кого родится. Как у породистых собак.

На мой взгляд, тема сохранения разнообразия видов в отношении зоопарков вообще не стоит. Животное, попадающее в неволю, уже через поколение имеет совсем другой генотип, нежели в природе. В неволе выживают дружественные человеку, питающиеся специальным кормом, спокойные и неподозрительные особи. В природе они не сохранились бы. Поэтому программа по сохранению жирафов в неволе никак не позволит сохранить разнообразие жирафов в природе: они там не смогут жить.

Так или иначе, зачем было спаривать маму и папу Мариуса, дожидаться его рождения, чтобы все дети радовались, выбирая имя… И бабах! Сделать убийственное шоу.

«Мы растим студентов академии мясников»

— Если в зоопарке решили сделать образовательную акцию «Как устроен жираф» (как я понял, уже не первую), то у меня вопрос: с педагогами они проконсультировались? Не думаю, что даже 10-15-летнему ребёнку с крепкими нервами подобная акция что-то даст. Вряд ли она укажет верный путь будущим ветеринарам. Ну разве что студентов академии мясников поможет вырастить.

Эта акция сродни другим загадочным ноу-хау современности. Например, когда в Германии рекомендуют смотреть порнофильмы с шести лет, чтобы ребёнок не боялся секса и знал, как там всё устроено. Конечно, секс — это хорошо, все мы им занимаемся, и от него рождаются дети. Но я не повёл бы детей на утренник, где на столе демонстрировали бы «Камасутру» Дед Мороз со Снегурочкой. Это не образование никакое.

Чем свинина хуже жирафины

— Комментарии неравнодушных к этой акции людей разделились пополам: одни строго осуждали, другие говорили, что поросёнка, которого мы едим, на ферме также убивают.

Тут речь идёт о разных формах отношения к животным — субъект­но-непрагматическом и объектно-прагматическом.

В первом случае животное рассматривается как субъект — другая личность, у которой есть имя, с которой можно общаться, отношения с которой регулируются моралью и этикой. И цель этих отношений — непрагматичная: дружба, веселье…

Во втором случае животное рассматривается как вещь. Мариус, табуретка, кирпич — никакой разницы для сторонников объектного подхода нет. Это неодушевлённые вещи. Кирпич можно разломать на две части. И устроить образовательную акцию: как разбить кирпич молотком.

Так и к жирафу отношение сугубо-прагма­ти­­­ческое: животное ценно не само по себе, а как источник некой выгоды. Например, способ получения денег по программе содержания редких жирафов. Не подходит под программу — в расход.

На мой взгляд, вектор должен быть в сторону субъектно-непрагматического воспитания детей. То есть главная функция зоопарков — не научная или природоохранная, а воспитательная и образовательная. Формировать отношение людей к живой природе, любовь. Прагматики ребёнок и так наберётся. В наш прагматический век она прёт отовсюду — везде царят деньги.

«Сало, масло, колбаса!» — написано большими буквами на плакатах нашего мира.

Акция Копенгагенского зоопарка переводит субъекты в абсолютные объекты. В них убивают и режут на куски не любимца детей Мариуса, а кусок мяса, завёрнутый в кожу и испорченный кишками. Это и был главный познавательный результат акции.

Правда, и тут непонятно, почему они хотели именно убить. Ведь им предлагали деньги, чтобы не делать этого, — отдать животное в хорошие руки… Но, видимо, директор от этого акта получил нечто, не поддающееся описанию, явно имеющее психическую составляющую.

Третий рейх с нами?

— Некоторые проводят параллель этой истории с Третьим рейхом — и я с этим согласен. Там тоже пытались путём разных таинственных замеров бороться за «чистоту» генотипа.

В некоторых случаях этой борьбы в отношении животных и вправду не избежать: хотите, чтобы корова давала 50 литров молока в день, — скрещивайте её только с теми, кто приближается к нужному литражу. Тогда есть шанс, что и потомки будут продуктивными.

Собственно, ограничения по генотипу людей есть и по сей день — их немало. Даже в Латвии есть общины, которые спариваются преимущественно внутри себя. Конкретно ни в кого тыкать пальцем не буду. Но в истории с жирафом Мариусом даже «рейховые» аргументы бессильны. Рассуждения о стремлении к разнообразию жирафов с помощью селекции в неволе бессмысленны.

Кристина Худенко

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *