От ПЕТРА I до ПУТИНА

• 06.08.2017 • МодаКомментариев (0)41

Гостья Риги, петербурженка Ольга ХОРОШИЛОВА рассказала о том, какие наряды выбирали и выбирают ныне первые лица государства

Ольга ХОРОШИЛОВА уже не в первый раз приезжает в Ригу в качестве гостьи Музея моды. Она прекрасный рассказчик. Впрочем, с таким послужным списком по-другому и быть не может: Хорошилова — кандидат искусствоведения, преподаватель вуза, лектор Русского музея, Музея Фаберже, Международной школы дизайна. Надо было слышать, как она в последний свой приезд рассказывала о Китае, древнем и современном, который невероятно обогатил европейскую моду.

Людмила АНИСИМОВА

специально для «СУББОТЫ»

Нас же заинтересовала и ее литературная деятельность. Ольга автор нескольких книг о моде, названия которых звучат по меньшей мере интригующе: «Всадники особого назначения», «Молодые и красивые. Мода 1920-х годов», «Костюм и мода Российской империи». А к выпуску готовится, не сомневаемся, будущий бестселлер — «Война в моде. От Петра I до Путина». Так что ниже =- наша беседа о книгах и их героях.

— Ольга, у вас вышло уже несколько книг о моде, и все имели успех у читателей. Почему сегодня такой интерес к подобной литературе?

— Потому что все хотят красиво жить, а мода — часть красивой жизни. Как только в конце 1990-х — начале 2000-х годов жизнь относительно наладилась, глянец поднялся, появилась необходимость заполнить пробелы и что-то понять в истории моды, в истории костюма. На тот момент знаний в этой области было не так уж много.

Практически до Александра Васильева эту тему нельзя было назвать популярной, ею занимались в основном специалисты. Во время расцвета глянцевой культуры, когда появились «новые русские», которые могли тратить на это деньги, и появился Александр Васильев.

Он появился из Парижа, с французским флером, и его лекции стоили огромных денег, но все шли на них. Васильев был первым, кто разбередил интерес у многих не только к истории моды, но и к книгам о ней. Кстати, он же первым стал выпускать книги качественно нового уровня.

Самая известная — «Красота в изгнании», выдержавшая несколько десятков изданий. Как только издатели поняли, что подобная литература хорошо продается, они внимательнее стали относиться к тем авторам, которые предлагали им книги, так или иначе связанные с модой. И мне стало проще говорить с ними, и в конечном итоге — договариваться…

РОМАНОВЫ и мода

— Судя по названиям, у вас большой интерес к Дому Романовых. Как повлияла личность того или иного монарха на моду в России?

— Да, каждый наш император влиял на моду. Так, Петр I ввел в моду европейский стиль. Причем вначале он опробовал его на армии. И ровно через полгода те же самые вещи в европейском стиле стали носить штатские. Русская армия была всегда в авангарде, даже в сфере моды.

Екатерина II сделала моду пропагандой политических целей. Она надевала сама специально русские платья и, по сути, ввела на них моду в высшем свете. Кстати, этот патриотичный «проект» возник тогда, когда Россия воевала с Турцией и, надевая платья «а-ля рюсс», императрица как бы говорила, что она с армией и верит в ее победы…

Франкомания и неорюс

— XIX век — это франкомания в светской моде. И Александр I, и Николай I тоже были поклонниками французского стиля в одежде, хотя последний любил пруссаков, и военная форма у него была взята от них. Но как светский лев и человек, весьма любивший дам, Николай Павлович в повседневной жизни отдавал предпочтение французам.

А еще он интересовался русским национальным костюмом и ввел в моду при дворе русское парадное платье именно у женщин. Мужчины-дворяне в то время в основном были военными, их еще в детстве записывали в армию, и чаще надевали мундиры, чем гражданскую одежду.

Александра II можно назвать русофилом. Обычно император, вступив на престол, вводил новые мундиры в армии. Он ввел в армию полукафтаны, отказавшись от слова «мундир» как от нерусского, с немецким корнем. В его эпоху начался стиль неорюс, который при его отце Александре III стал доминировать во всем — в моде, архитектуре, политике…

А Николай II, будучи мягким человеком по натуре, не вводил слишком много нового. Тем не менее, при нем появился камуфляж — новый тип формы. Что интересно, эта форма появилась во время русско-японской войны вместо белых солдатских гимнастерок.

Японские снайперы легко отстреливали солдат, заметных своей белизной на зеленом фоне травы и деревьев. Кто-то придумал быстренько покрасить белую форму в чайном растворе. Получилось нечто пестрое, узорное, легко терявшееся в листве и другой местности.

Можно привести и другие примеры, но вывод будет один: больше всего повлиял на русскую моду император Петр I, который по личному приказу переодел буквально всю Россию. А потом уже все пошло по европейскому стандарту. Самой модной была императрица Мария Федоровна, супруга Александра III. Мне самой еще с детства нравилась русская кавалергардская форма, очень нарядная.

— Вам не кажется, что европейцы в массе своей стали одеваться скучно и серо, несмотря на изобилие товаров? А в России по-прежнему любят наряжаться…

— В 1950-1960-е годы на Западе был бум потребительства. И люди там «переели». У нас этот бум только начался. Мы отстали от Америки и Европы на 20-30 лет. Они сейчас гораздо меньше внимания уделяют одежде и меньше тратят. Потому в La Scala сидят в пуховиках, даже на премьере, или кладут куртки под себя, хотя там есть гардероб.

У нас в России наоборот — больше тратят на одежду, мы еще «не наелись». Хотя американка, менеджер среднего звена и выше, покупает в год 500 вещей (данные «Нью-Йорк таймс»), из них надевает 150-200, остальные, даже не распакованные, уходят в магазины, где эту одежду повторно продают. Явное перенасыщение…

Характер и одежда

— Насколько связаны личность и мода? Что может рассказать костюм о его владельце?

— Если человек слепо следует моде, это его уже характеризует. И костюм, и интерьер дома, и его друзья — все характеризует человека. К примеру, Петр Чаадаев был известным англоманом, приверженным традициям Джорджа Браммеля, известного английского денди. Александр Сергеевич Пушкин тоже был известным модником, денди. Даже ноготь на мизинце отрастил потому, что так было модно. Потом он носил пледы, есть известный портрет с этим аксессуаром. Это влияние шотландской романтики. И «Евгений Онегин» буквально пропитан модой — в бытовом, светском смысле.

Разрушал моду Лев Толстой. Так, в своей семье он очень жестко поставил условие: опрощаться! Попробуй не согласись, ведь все жили на его средства. Сам ходил в максимально простой одежде, много денег на нее не тратил и другим не велел. Даже женщины старались ему потакать: авторитет Толстого был велик, да и финансовой поддержки могли лишиться. Такое отношение к одежде в некотором роде революционно. Чтобы граф, богатый человек, опрощался прилюдно — такое было впервые.

По-другому, но тоже разрушали моду, плюя на стереотипы, такие красавицы, как Анна Павлова, Ида Рубинштейн, Тамара Карсавина. Матильда Кшесинская тоже бросала перчатку общепризнанной моде, этикету, морали… Но таких отважных ниспровергателей устоев в области костюма в России было мало. Чаще копировали то, что на Западе. До сих пор так и остается…

Книги и замыслы

— Как к вам приходит замысел очередной книги?

— По-разному. Книга «Костюм и мода Российской империи» родилась на основе коллекции старинных русских фотографий, я их достаточно долго собираю. Я поняла, что там настолько уникальные портреты, что грех держать их под спудом, потому решила соединить два своих увлечения — фотографию и костюм — и написать книгу…

— У вас скоро выходит новая книга «Война в моде. От Петра I до Путина». Я вам признаюсь, что когда вижу Владимира Путина по телеку, сразу обращаю внимание на его галстуки и рубашки. Он их подбирает на редкость удачно. Зато есть масса известных во всем мире деятелей, на прикид которых не посмотришь…

— Думаю, тут сказывается отношение к самому человеку. Интересен, значит, приглядываемся к нему, нет — не важно. Владимир Путин одевается достаточно спокойно, и это правильно для политика, он не должен быть слишком ярко одет. Хотя при любом раскладе человек первичен, а не то, что на нем. Впрочем, нередко личность человека выглядывает из одежды.

Вместе с тем теперь человек чаще надевает то, в чем он чувствует себя комфортно — не XIX век. Одежда стала сегодня более красноречивой и более искренней в отношении человека. Мы лучше понимаем, кто это и, как говорится, «с чем его едят». Раньше правила этикета накладывали на личность определенные обязанности, и одежда была своего рода формой. Но когда одежда стала свободнее, она стала опаснее для человека, поскольку много о нем могла рассказать.

Пример — встреча Эммануэля Макрона с Владимиром Путиным. Все заметили разницу между тем, какой крой костюма у г-на Макрона и какой — у г-на Путина. У Эммануэля Макрона костюм недорогой, даже на инаугурацию он надел костюм примерно за 400 евро. То есть новый президент Франции стремился показать, что он не тратит много денег на одежду, поскольку его основной электорат — люди небогатые. У Владимира Путина — костюм солидного человека средних лет, брюки широкие, а не узкие, как у г-на Макрона…

— Ваш модный прогноз на будущее?

— На моду очень влияет война, больше чем бизнес. Сегодня арабский мир втягивает мир в военный конфликт. Но пока на моде их влияние особо не отражается. Сегодня в моде многое от Дальнего Востока, включая Японию — деконструктивизм, цветовая гамма, аксессуары.

И еще: русские ввели моду на русских. Сейчас в Европе работают несколько молодых, симпатичных и весьма известных русских модельеров, которые стали персонажами международной моды: Гоша Рубчинский, Вика Газинская, Мирослава Дума, Ульяна Сергеенко. За ними просто следят, они делают моду. Мы ими гордимся…

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *