attels_003

Инт Кюзис: «Бумеранг улетел, но он ещё вернётся!»

• 17.12.2012 • ИнтервьюКомментариев (0)864

Начальник госполиции о преступности, принципиальности, личной жизни и ментовских войнах. Под занавес уходящего года агентство TNS Latvia провело опрос с целью выяснить: кто из государственных должностных лиц пользуется наибольшим доверием у жителей страны.

На первом месте, как и следовало ожидать, оказалась глава Госконтроля Ингуна Судраба. А второе почётное место в этом рейтинге доверия занял начальник Латвийской государственной полиции Инт Кюзис, оставив далеко позади и президента страны, и премьера, не говоря уже о спикере Сейма. «Суббота» решила встретиться с человеком, которому безоговорочно доверяет вся Латвия, и узнать, чем он сегодня живёт, о чём думает.

Мистер Доверие

Говоря языком стилистов, у генерала Кюзиса два имиджа, которые я в первые минуты нашего общения никак не могла соединить.Строгий китель и золотые генеральские погоны — это официальная визитная карточка, атрибуты сегодняшнего дня.А мальчишеская улыбка и хулиганский ёжик на голове — явно привет из прошлого. Может быть, с тех самых времён, когда простой тукумский парнишка пришёл в милицию. И прошагал путь от рядового до генерала.

— Господин Кюзис! Как вы думаете, почему вы, непубличный человек, заняли второе место в рейтинге? По сути, народ присвоил вам звание Мистера Доверие. Как вы относитесь к такому титулу?

— Хороший вопрос! Для меня второе место в рейтинге стало полной неожиданностью. Может, я один в списке был? (Смеётся.) На самом деле люди оценили не меня, а работу полиции в моём лице. Значит, народ нам доверяет. Не скрою, это очень приятно.

— Тем более что так было не всегда: были времена, когда полицию не пинал только ленивый…

— Да, времена были разные. Лихие 90-е, потом тучные 2000-е, затем грянул кризис… С 2008 года полицию покинули более трёх тысяч человек из имевшихся девяти тысяч. В первую очередь ушли профессионалы, которые не могли прокормить семью на нищенскую зарплату, многие разочаровались в профессии… Началась реорганизация, переструктуризация, оптимизация и прочие зации. Полиция их ощутила на своей шкуре — каждым нервом, каждой косточкой.

— Как по-вашему, сегодня полиция вышла из кризиса?

— Положение потихоньку стабилизируется. Сегодня я посмотрел цифры за 11 месяцев уходящего года: есть приток кадров! Во-первых, поднялись зарплаты — пусть не космически, но поднялись.  С 2013 года начнут возвращать деньги, которые были урезаны в связи с кризисом. Во-вторых, мы работаем над тем, что бы повысить социальную защищённость. Надеюсь, что в будущем году к нам придёт больше людей, чем уйдёт.

— А вот ваш министр Рихард Козловскис говорит, что в полицию сегодня приходят только троечники. Вы с этим согласны?

— Отчасти да. Мы же видим, кто поступает в наш колледж после средней школы: отличники в полицию не рвутся. Идут хорошисты и середнячки. Ну и что? Я тоже отличником не был!Кстати, поступить к нам не так-то просто: в нынешнем году был конкурс три человека на место. Ведь для этого мало подать CV. Нужно пройти психологическую проверку — тест на IQ, быть физически сильным, спортивным, смелым, здоровым…

— Ничего себе требования! Шерлок Холмс, Робокоп и капитан Глухарёв в одном флаконе?

— Именно таким и должен быть идеальный полицейский! Но в природе, как вы знаете, не всё гармонично. При отборе кандидатов мы сталкиваемся с тем, что  зачастую умные люди не обладают выдающимися физическими данными, а у тех, кто смахивает на Шварценеггера, не слишком много извилин в голове.

— Кого же вы выбираете в этом случае?

— Умных! Я считаю, что хороший полицейский должен обладать тремя качествами: нюх, поня и чуй. Поня — в смысле понимание.

Полиция как судьба

В характере генерала Кюзиса эти три качества — нюх, поня и чуй — однозначно присутствуют. И наверняка ещё что-то, очень важное. Глядя сейчас на этого человека, прошедшего путь от дежурного Тукумского районного отделения милиции до шефа госполиции Латвии, трудно представить, что г-н Кюзис попал в органы случайно. И что это не он выбрал профессию, а она его.

— Многие мальчишки в детстве, начитавшись детективов, мечтают стать сыщиками. Это не ваш случай?

— Категорически не мой! Никогда не мечтал ловить бандитов, а потому милиция меня нисколько не интересовала. В роду сыщиков не было: мама — служащая в сельсовете, отец — технический работник. Они, к слову, были очень удивлены моим выбором и ещё долго не понимали, что я вообще делаю в органах…

— Как же вы попали на эту стезю?

— В 18 лет, как каждый советский гражданин, я пошёл служить в армию. И вернулся оттуда совершенно не обременённый мыслями о собственном будущем. Что делать дальше, не представлял. Сказал себе: пойду туда, куда меня позовут.Пришёл в Тукумский паспортный стол за паспортом, а мне говорят: иди, мол, к начальнику милиции — такое у нас правило. На самом же деле в советские времена юношей, отслуживших в армии, вербовали в милицию. Но я-то этого не знал! Пришёл, вежливо выслушал предложение вступить в ряды сотрудников правопорядка — причём для начала мне предложили работу в вытрезвителе. Я вежливо отказался.Уехал домой, совершенно забыл о разговоре и уже начал подыскивать работу, как через месяц — снова вызов в милицию. На этот раз со мной беседовал замполит. «В дежурной части районного отделения есть место, — сказал он. — Может, попробуете?» И я решил: почему бы нет?

— Сейчас, наверное, вспоминаете добрым словом того замполита, который вас всё-таки уговорил!

— В самом деле, новая работа мне понравилась! Через год меня направили учиться в Рижскую школу милиции, затем в Минскую высшую школу…

— А своё первое дело помните?

— А как же! Это как первая любовь, не забывается. Возле одной сельской школы какие-то вандалы разворотили спортивную площадку. «Вот, — сказал мне начальник. — Иди и найди преступников!»До сих пор помню свой первый выезд на место преступления. Практики-то никакой, одна теория! Стоял посреди пустой площадки и думал: с чего начинать?

Но за дело болел. Даже ночью однажды приехал: вдруг злодеев по канонам детектива на место преступления потянет? Так и ездил в это село две недели чуть ли не каждый день. Начальник уже отказывался мне машину давать. (Смеётся.) Но дело я раскрыл.Ларчик открывался просто: злодеями оказались ребята, которые учились в этой школе. Пришли они на площадку, выпили и раскурочили всё что могли. Казалось бы, ерунда, мелочёвка… Но для меня это была настоящая победа! Я чувствовал себя и капитаном Прониным, и комиссаром Мегрэ, и Эркюлем Пуаро, и всеми самыми знаменитыми сыщиками мира вместе взятыми.

ЧП районного масштаба

После этой победы в жизни Инта Кюзиса было множество других побед. Сначала он стал начальником уголовного розыска в Тукумсе. С 1996 по 1999 был начальником Тукумсского районного отделения полиции. Затем позвали в Ригу — заместителем начальника уголовной полици Рижского главного полицейского управления. С 2009 года г-н Кюзис возглавил Рижское региональное управление полиции, а с 2011 года — Латвийскую государственную полицию.Но в судьбе генерала Кюзиса были не только взлёты. После вооружённого нападения в Екабпилсе на игорный зал, в котором участвовали полицейские, г-н Кюзис был отстранён от должности. Сгоряча и мгновенно — в один день. Это известие моментально облетело все СМИ и вызвало настоящий шок среди подчинённых генерала.

— Скажите, что вы почувствовали в тот момент, когда узнали, что уволены?

— Я никогда ни с кем не говорил на эту тему. Для вас сделаю исключение, хотя вспоминать совсем не хочется…Это случилось в конце января. Я находился в Зиемельском участке на Саркандаугаве, беседовал с полицейскими. Там меня и застигла новость о событиях в Екабпилсе. Первая реакция — шок. И мысль: «Не может быть!» Вторая реакция — чувство вины. Значит, чего-то недоглядел в своём ведомстве, недопроверил или кому-то слишком доверился.Как человек, который привык к ответственности, я готов был отвечать на всех уровнях: принимать меры, брать удар на себя, искать решения. Но весь ужас оказался в том, что это было никому не нужно. Меня просто в один момент сняли с должности.

— Неужели тогдашний министр МВД Линда Мурниеце даже не попыталась с вами поговорить, выслушать?

— В тот момент нет, я узнал о своей отставке из СМИ. Признаюсь: было обидно. Ну нельзя увольнять человека за его спиной! Неправильно это, несправедливо… Всегда нужно хотя бы посмотреть в глаза. Такая возможность мне представилась только через две недели. И после разговора с министром я был восстановлен в должности…

— А вы всегда людям в глаза смотрите, когда их увольняете?

— Я всегда знаю, кого увольняю и за что. Ни одного человека не уволил из-за того, что мне что-то показалось. Только на основании фактов.

— Вы отходчивый человек? Или можете рассориться так, что обидчику руки не подадите?

— Я человек-компромисс. Живу по принципу: из любой безвыходной ситуации есть по крайней мере два выхода. Принципиальность вещь хорошая, но в нашей стране она часто граничит с глупостью и очень мешает. Я всегда считал и считаю, что рубить сплеча не стоит. Лучше договориться.

Советское наследие

За 30 лет службы Инту Кюзису договариваться приходилось не раз. В том числе наверняка и с самим собой. Менялись страна, законы, должности, условия работы… И только одна задача оставалась неизменной — сделать всё для того, чтобы люди не боялись выходить по вечерам на улицы.

— Где работалось легче: в советской милиции или латвийской полиции?

— Смотря что с чем сравнивать. Тогда можно было сесть за стол, выпить бутылку водки, две, три… И договориться так, что каждый будет держать слово. Сейчас всё изменилось: человек говорит одно, думает другое, а говорит третье. Это очень опасная вещь.

Я искренне завидую тем службам, которые создавались с нуля, — пограничникам или таможенникам, например. Они развивались на пустом месте. А мы на старом фундаменте. Это и хорошо, и плохо. Хорошо в плане опыта, который достался в наследство. Но и минусов много. Взять хотя бы старые помещения, которые для современной полиции не годятся. Там, где раньше сидели 20 человек, сейчас сидят 50. Разве это дело?

Недавно к нам обратился научно-следовательский институт из России, чтобы мы поделились опытом перехода от милиции к полиции…

— Что вы посоветовали российским коллегам?

— Нам было трудно что-то посоветовать. Поскольку в России меняется только название структуры, а у нас менялась вся страна…

— Вы смотрите российские ментовские сериалы?

— Изредка. Смотрел продолжение «Глухаря» — сериал «Карпов». Впечатления смешанные. С одной стороны, ностальгия по сильному полицейскому. С другой — беспредел. Я против фильмов, которые ставят знак равенства между бандитом и полицейским.

— Может, вам голливудские фильмы ближе?

— Ни в коем случае. Мои дочки смотрят голливудскую комедию и смеются, а я не понимаю, что их так веселит. Мне понятнее русские комедии. 

— Ваши дочки не пошли по вашим стопам?

— К счастью, нет. Младшая учится на первом курсе технического университета. Старшая окончила вуз. Работает в аэропорту.

— Говорят, что вы недавно женились. А до этого были свободны?

— С моей женой мы вместе уже двадцать лет. А официально женаты всего два года. Когда мы только начинали жить вместе, я сразу сказал, что абсолютно не семейный человек и дом у меня никогда не будет на первом месте. У нас с ней даже такой уговор был: начинай меня искать только в том случае, если меня три дня нет дома.

— Ваша жена героическая женщина!

— Без сомнения. Но сейчас она меня видит дома гораздо чаще, чем в пору нашей молодости.

— Как проводите свободное время?

— Люблю охоту. Правда, езжу довольно редко. Мне нравится сидеть в засидке, то есть на башне, и ждать зверя. Сидишь себе среди леса. А вокруг такая тишина, что в ушах звенит! И кажется, что нет ничего в мире, кроме этой тишины: ни времени, ни пространства, ни людей, ни проблем… И так хорошо от этого становится!

Кризис и преступность

— Как повлиял кризис на преступность?

— В 2008 году, когда грянул кризис, мы разработали специальный план обороны на этот случай. Поскольку эксперты прогнозировали всплеск криминогенных проявлений, но преступность, наоборот, упала. Этому было много причин.  Одна из них в том, что часть наших правонарушителей выехала искать счастье за границей. Так что многие наши преступники, стали теперь головной болью для полиции других государств. Однако радоваться тут нечему, потому что это бумеранг. Как только в Латвии запахнет стабильностью, преступники вернутся. И мы столкнёмся с преступностью международного уровня.

— А какие сейчас самые болевые точки?

— Пошла вверх кривая бытовых преступлений. Кризис и безработица, увы, не способствуют миру в семьях. Напротив, у людей возникает немотивированная агрессия. Вот и идут в ход сковородки и кухонные ножи. К сожалению, путь от первого конфликта до убийства непрозрачен. Государственная полиция приезжает зачастую лишь тогда, когда трагедия уже случилась. А надо бы знать о таком тлеющем конфликте заранее, чтобы не допустить его.

Помимо бытовухи участились мелкие кражи и мошенничества. Кем только не прикидываются современные Остапы Бендеры! И полицейскими, и врачами, и социальными работниками… Самая не защищённая от мошенничества часть населения — одинокие пенсионеры. Они доверчивы как дети.

В числе глобальных проблем — киберпреступления. Налётчики с пистолетом уже уходящая натура, нынче банки грабят через Интернет. Это мировая проблема. Полиции нужны особые кадры. В Латвии они есть, но эти специалисты пока работают у нас на голом энтузиазме. И это недопустимо! Государство должно сделать всё, чтобы эти люди не думали, как дотянуть до зарплаты.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *