Латвия живёт по завету Ленина

• 10.12.2013 • ИнтервьюКомментариев (0)711

«Если люди хотят использовать русский язык и получать на нём образование — они имеют на это право», — уверен лондонский профессор права Билл Боуринг

Профессор Боуринг приезжал в Латвию на конференцию по случаю 65-летия принятия Всеобщей декларации прав человека, которая собрала правозащитников из разных стран. Мероприятие организовал Латвийский комитет по правам человека.

Билл Боуринг преподаёт право в Лондонском университете Birkbeck, параллельно ведёт активную адвокатскую и правозащитную деятельность. О его авторитете в этой области говорит хотя бы тот факт, что он лично трижды встречался и активно общался с умершим на днях борцом с апартеидом Нельсоном Манделой.

В зоне особого интереса профессора — страны бывшего СССР. Он не раз защищал в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) жителей экс-республик от их нынешних государств. В частности в 2003 году он выиграл суд «Татьяна Жданок против Латвии»: лидера партии «Равноправие» пытались лишить избирательного права на основании её активного коммунистического прошлого, а Боуринг показал, что доказательств личной причастности Жданок к «зверствам коммунистического режима» представлено не было.

Интересно, что в своём нынешнем докладе в Риге Билл Боуринг больше говорил не про Латвию, а про родное Соединённое Королевство, где, по мнению правозащитника, права человека не соблюдаются сплошь и рядом, а постановления ЕСПЧ зачастую вообще игнорируются. По заявлению профессора Боуринга, если в 2015 году в Британии к власти вновь придут консерваторы — они обещали поставить на всенародный референдум вопрос о выходе страны из ЕС…

В биографии Билла Боуринга «Суббота» обнаружила ещё как минимум три интересных факта: русскую жену, великолепное владение русским языком и явные симпатии к Владимиру Ильичу Ленину, которого профессор Боуринг цитирует наизусть.

Семейный язык — русский

— Правда ли, что у вас русская супруга?

— Моя жена Ольга родилась на родине Ленина — в Ульяновске. Она наполовину татарка, наполовину мордовка, а фамилия у неё бессарабская — Брынза. Такой настоящий российский микс. Но выглядит она восточной женщиной. Познакомились мы в Москве; она работала в министерстве национальностей, а также помогала Сергею Ковалёву — первому российскому омбудс-мену по правам человека.

В Англию она пере-ехала в 1999 году и получила три английских диплома. Последний — магистра изобразительных искусств, поскольку её отец — художник.

— Как у ваших детей с русским языком?

— Дома мы с Ольгой говорим по-русски. Это язык семьи. И наши дети Ваня с Машей его понимают. Но поскольку они учатся и общаются с окружающими больше по-английски, им этот язык ближе. Конечно, лучше всего было бы, чтобы Маша с Ваней пожили и пообщались какое-то время со своей двоюродной сестрой, но это невозможно: они живут в Подмосковье в однокомнатной квартире — 80-летняя бабушка, родители, сестра Ольги и её дочь. Что типично для небогатых россиян.

Мы в Англии тоже не живём в роскоши — у нас очень маленький домик. Как видите, правозащитная деятельность не особенно доходна. (Смеётся.) К примеру, в этом году я бастовал в связи с объявленным понижением профессорской зарплаты на 20 процентов. В следующем году будут бастовать адвокаты…

— А вы русский выучили благодаря жене?

— Нет! Это было давно-давно. Впервые я приехал в СССР в 1983 году — во времена Юрия Владимировича Андропова, вскоре после Олимпиады. В столицу Советского Союза я отправился благодаря тому, что район Лондона Ламбет, где я был одним из трёх муниципальных депутатов, и Замоскворецкий район Москвы были побратимами. Потом ещё раз приехал в 1986 году и тогда решил выучить русский язык. В Англии у меня была очень суровая учительница.

В 1991 году у меня была возможность три недели поучиться в Московском автодорожном институте (МАДИ). Это было буквально за несколько недель до путча. Как раз в это время я встретился с Еленой Лукьяновой (дочь последнего председателя Верховного Совета СССР Анатолия Лукьянова, юрист, адвокат Ходорковского. — Прим. ред.) — мы организовали перекрёстные семинары в МГУ и в моём университете в Англии. Через Лукьянову я позже познакомился с вашей Татьяной Жданок и стал её адвокатом.

Независимость Латвии — завет Ильича

— Когда вы впервые попали в Латвию?

— В 1989 году как турист. Арендовал машину в Москве и вместе с семьёй отправился в путешествие через Ленинград, три прибалтийские республики, Минск и Смоленск. Это было время огромных перемен, страны бурлили. В Риге отказались от московского времени, изменили названия многих улиц, действовал Народный фронт и т. д.

— Отделение прибалтийских респуб-лик было правильным шагом?

— Я разделяю позицию Владимира Ильича Ленина, который в 1919 году дал независимость прибалтийским республикам, Польше, Финляндии. Он подписал договор между Латвией и Советским Союзом о вечном уважении независимости друг друга. Это была часть ленинской политики по самоопределению наций, о котором он много писал до войны. Моё мнение — он был прав.

— Как тогда вы оцениваете события 40-х годов — это было нарушение заветов Ильича?

— Пакт между Гитлером и Сталиным был абсолютно нелегитимным. Потом однозначно была нацистская оккупация Латвии, которая впоследствии породила очень спорное дело «Кононов против Латвии». (Красный партизан Василий Кононов был признан Верховным судом Латвии военным преступником за убийство девяти жителей села Малые Баты, которых партизаны сочли сотрудничавшими с немцами. Большая палата ЕСПЧ оставила этот вердикт в силе, отменив прежнее решение палаты ЕСПЧ о неправомочности уголовного преследования Кононова. — Прим. ред.).

Я считаю, что решение суда Большой палаты ЕСПЧ было неправильным, потому что речь шла о партизанской войне против нацистов. Я считаю, что после Второй мировой Латвии должны были вернуть независимость, как обещали Ленин и Советский Союз. Поэтому период до 1991 года в Латвии был нелегитимным.

Массовое безгражданство — ошибка националистов

— Кто же тогда русские и их потомки, которые в больших количествах «пона-ехали» в Латвию после её присоединения к СССР? Справедливо ли то, что их называют оккупантами?

— Использовать слово «оккупант» — это идиотизм! Скажем, мою жену-татарку, чьи предки во времена Золотой Орды фактически оккупировали Россию на 300 лет, никому в современной Российской Федерации не придёт в голову называть оккупанткой. Так и русские, которые в советское время приехали работать и жить в Латвию, ни в чём не виноваты. В том числе и в том, что присоединение Латвии было нелегитимным. Впоследствии большинство из них голосовали за возвращение независимости Латвии и хотели стать гражданами.

— Но многие ими не стали…

— Массовое безгражданство — это была ошибка, потому что в Латвии и Эстонии возобладала националистическая политика правых сил, которые не хотели, чтобы было много… красных. Я считаю, плохо, что Латвия стала членом ЕС до того, как все её жители получили гражданство. То, что до сих пор существуют люди с паспортом alien, очень плохо.

Билингвальное образование для всех

— Какие должны быть права у русского языка в Латвии?

— Правила такие же, как во всей Европе.

Например, в моей стране, Соединённом Королевстве, националистам Уэльса пришлось даже пойти на насилие, чтобы сохранить валлийский язык — очень старинный, с кельтскими корнями, который Англия пыталась репрессировать. Но сейчас он развивается наравне с английским. И я этому рад. На мой взгляд, защита региональных языков меньшинств очень важна.

— Аргумент националистов — что у русских и так есть огромная страна, где их язык развивается, он в любом случае не будет утрачен…

— Это фальшивая точка зрения. Если люди хотят использовать русский язык и получать на нём образование, они имеют на это право. Конечно, в Латвии есть официальный государственный латышский язык — все его должны изучать. И для обоих языков не должно быть никаких препятствий в использовании. В том числе и в именах-фамилиях, в образовании.

— Опять же, аргументы националистов — посещая русские детсады и школы, русские дети остаются жить в неком русском анклаве, отдельном от латышского…

— Это сложный вопрос. Конечно, лучший и самый разумный путь, по которому могла пойти Латвия, — билингвальное образование для всех. И для русских, и для латышей. Ведь русский язык — это язык очень богатой культуры.

В этом смысле интересен опыт Татарстана, где я был совсем недавно. Это республика внутри Российской Федерации, где в Конституции записано, что татарский — тюркский язык, у которого орфография на латинице, — второй официальный язык на территории респуб-лики. Там у них равные права.

Все изучают татарский и русский языки на равных в школе. Хотя большинство татар в семье говорят по-русски. Если русские из Татарстана жалуются мне: зачем нам нужны татарские язык, история и культура? — мой ответ: вы живёте в татарской республике. Поэтому очень важно, чтобы русские Латвии тоже имели возможность сохранять русский язык. Образование — это всегда сложный вопрос, связанный и с экономикой. Но если родители хотят, чтобы образование детей было русским, надо дать им такую возможность.

— До какой стадии? Детсад, школа, вуз…

— Высшее не обязательно. Потому что если человек в Латвии владеет только русским языком, он сам сужает свои возможности. Но если он всё же хочет учиться по-русски и дальше — Россия недалеко. Латвийское государство не должно оплачивать и высшее образование по-русски, потому что оно не обязательное.

Латвия не нацистский рай

— Если раньше националистов было немного, они каждый раз с трудом преодолевали 5-процентный барьер, то после последних выборов националистическое объединение, которое официально поддерживает марш легионеров 16 марта, вошло в состав правящей коалиции. К следующим выборам они рассчитывают победить и взять курс на «латышскую Латвию»… Как вы это расцениваете?

— Латвийские националисты хотят видеть Латвию неким нацистским раем. Но они забывают, что это государство всегда было и будет многонациональным.

— Недавно Центр гос. языка запретил рассылку писем-приглашений на обследование груди для женщин на русском языке. Хотя промедление с этим обследованием может стать причиной смертельной раковой опухоли…

— Это очевидная глупость! Такие структуры, как здравоохранение, правоохранительные органы, юстиция, должны быть обеспечены людьми, владеющими русским языком. Я сам адвокат и встретил человека, который живёт в Уэльсе, знает валлийский и английский, но имеет право судебного процесса на валлийском. И судья спрашивает: на каком языке вы хотите? И они должны найти валлийских адвоката, присяжных и судью. То же и со здравоохранением.

Право на жизнь — для богатых

— Если отойти от прав нацменьшинств. У нас в стране отменили поддержку многих программ здравоохранения, в которых людям компенсировали стоимость лечения и медикаментов, стоящих неподъёмно дорого для обычных людей. Например, большинство наших больных гепатитом С обречены. Это нарушение их права на жизнь?

— Это самый сложный вопрос. В моей стране система здравоохранения частично приватизирована. И если медикаменты или лечение стоят огромные суммы, для человека, который пользуется государственной медициной (среди них и я — у меня нет частного полиса), это плачевно. Но это вопрос госполитики и средств.

— А как же гарантированное право на жизнь?

— По европейской конвенции по правам человека это право гарантирует, что деятельность государства не оборвёт вашу жизнь. Например, назначив смертную казнь. А право на здравоохранение — это социально-экономическое право.

В Великобритании, например, вообще не признаются социально-экономические права. У нас нет письменной Конституции. В Америке, если вы бедный человек и не можете позволить себе нужных лекарств и операций, вы умираете: там здравоохранение очень дорогое, только через страхование. Бедные умирают. А богатые выживают. В Великобритании ведётся огромная борьба за то, чтобы сохранить государственную систему здравоохранения. Как видите, и у нас далеко не всё гладко. Хоть страна и побогаче.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *