odin_rebenok

Один дома

• 06.02.2013 • Родители и детиКомментариев (0)3734

Избалованные эгоисты — такая скверная репутация приписывается детям, которые росли без братьев и сестёр. Семьи с одним ребёнком в Латвии стали самой распространённой моделью семьи.

Желания не совпадают с возможностями

Согласно данным Eurostat, из латвийских домашних хозяйств, в которых есть дети до 18 лет, 61,8 процента — только с одним ребёнком. Это самый высокий показатель в Евросоюзе (средний по ЕС — 51 процент). Если считать не по семьям, а по количеству детей, то 41 процент детей в Латвии растёт в одиночестве, у 39 процентов есть брат или сестра, и всего 20 процентов детей растут в многодетных семьях. Одна из причин падения рождаемости — в том, что рождение детей откладывается на потом: если первый ребёнок у женщины появился в 35 лет, высока вероятность того, что он так и останется единственным. На общую статистику влияют и семьи, в которых вообще нет детей: например, по данным Eurostat, в Латвии в возрастной группе от 33 до 37 лет 15 процентов женщин бездетны.

В плане рождения детей желания часто не совпадают с возможностями, так как опросы общественного мнения показывают: идеалом считается семья, в которой как минимум двое детей. Вопрос о желательном количестве детей задавался в исследовании общества Papardes Zieds о репродуктивном здоровье жителей Латвии: 53 процента женщин и 48 процентов мужчин сказали, что хотели бы двоих детей, 23 процента женщин и 21 процент мужчин — что троих.

Противоестественная аномалия?

Библия гласит, что и у самого Бога был всего один Сын — Иисус Христос, однако столетиями последователей христианского учения побуждали «плодиться и размножаться». Латыши долгое время сознательно следовали этому призыву, причём это имело и практическое значение: ещё сто лет назад большинство латышей проживали в сельской местности и занимались сельским хозяйством, поэтому рабочие руки были очень нужны. В старину семья с одним ребёнком была большой редкостью, так как останавливаться на одном ребёнке было слишком рискованно и легкомысленно. До того как начала быстро развиваться современная медицина, большая часть детей не доживала до совершеннолетия, поэтому в деторождении доминировал принцип: чем больше, тем лучше.

В наши дни положение изменилось: родители нередко предпочитают вложить все ресурсы в выращивание одного ребёнка, а не распределять силы между несколькими детьми. Тем не менее вовсе не обязательно, что единственный ребёнок неизбежно вырастет эгоистом. Часто именно люди, происходящие из многодетных семей, страдают ревностью, так как братьям и сёстрам приходилось бороться за внимание родителей. «Если посмотреть с точки зрения психологии, то каждый ребёнок хотел бы быть единственным в семье, чтобы получать безраздельное внимание родителей», — таков вывод психотерапевта Айны Пойши. О том, что чувствует единственный ребёнок, она может судить по собственному опыту, так как сама была такой. Психотерапевт подчёркивает, что родители, у которых всего один ребёнок, должны учить своего отпрыска сотрудничать с другими людьми: «Если этого не происходит, такой ребёнок становится эгоцентричным и заботится только о своих потребностях».

Воображаемый друг Карлсон

О детях, у которых нет братьев и сестёр, сложилось представление как об избалованных эгоистах, с которыми трудно ужиться. Однако ряд исследований показывает, что разговоры о скверном характере таких детей изрядно преувеличены, поскольку они не особенно отличаются от других детей. «Единственный ребёнок, точно так же как и дети, выросшие в семье с несколькими детьми, в своём развитии получает и плюсы, и минусы», — так рассуждает психотерапевт Аэлита Вагале. К плюсам она относит высокую самооценку, способность играть и проводить время одному, включая фантазию.

Так как единственный ребёнок дома не контактирует с другими детьми, в школе иногда могут возникнуть трудности в налаживании отношений с одноклассниками. Ему приходится считаться также с более сильным давлением со стороны родителей, так как все родительские чаяния и надежды, которые в других семьях разделены между несколькими детьми, ложатся только на его плечи. Родители с двойной радостью восторгаются достижениями своего единственного чада, но и больше печалятся по поводу его неудач. Однако исследования показывают, что единственные дети в целом имеют лучшие успехи в учёбе, так как у родителей больше времени и средств, которые они могут уделять его образованию. То же касается и различных кружков и внешкольной деятельности, так как ограниченный семейный бюджет вкладывается в одного ребёнка, а не делится на нескольких.

Ребёнок стоит слишком дорого

Единственные дети чаще находятся в обществе взрослых, чем других детей, поэтому раньше созревают и перенимают «взрослый» образ мышления. Однако возможен и обратный результат: родители настолько заняты своим единственным баловнем, что ему трудно отделиться от родителей и стать самостоятельным. Как заметила психотерапевт Вагале, боязнь родителей потерять связь с единственным ребёнком ограничивает его и заставляет постоянно оглядываться назад: что родители скажут о моём поступке?

Проблемы могут также возникнуть, если единственный ребёнок в своей семье и в совместной жизни с партнёром попытается придерживаться привычной с детства модели: сам определять свои действия, не чувствуя необходимости считаться с кем-то ещё. Вагале считает, что у модели семьи с одним ребёнком есть ещё один недостаток: в таких семьях будет мало родственников, двоюродных братьев и сестёр, которые помогают создавать силу рода. Тем, кто рос в такой семье, нередко удаётся научиться ценить эти преимущества, поэтому сами они принимают решение родить хотя бы двоих. Демограф Петерис Звидриньш признаёт, что в Латвии самые большие проблемы касаются именно того, чтобы родить второго, так как многие семьи до этого вообще не дотягивают. Его коллега Илмар Межс главной причиной называет недостаточную поддержку семей с детьми. Родители видят, что семьи, в которых двое и больше детей, подвержены большему риску бедности, поэтому тянут с рождением второго ребёнка.

Согласно данным Центрального статистического управления, в Латвии лучше всего живётся семьям без детей, потребительские расходы которых составляют в среднем 210 латов на человека в месяц. Домашние хозяйства с одним ребёнком могут позволить себе тратить в среднем 184 лата в месяц, а с тремя детьми и больше — всего 111 латов на одного члена семьи. «Латвийским семьям каждый ребёнок обходится минимум в 2000 латов в год, причём это обеспечивает лишь основные потребности ребёнка — такие как еда, одежда, школьные расходы и др. Много ли молодых семей, которые в состоянии откладывать 2000 латов в год, чтобы родить на свет ещё одного ребёнка? — спрашивает Межс. — Я знаю несколько семей, которые теперь живут за границей, потому что они хотели троих и больше детей. В Латвии они не могли себе это позволить».

Культ гедонизма

В исследовании Papardes Zieds на вопрос, что мешает семьям достигнуть нужного числа детей, самым распространённым ответом было: нестабильность доходов. Часто упоминалось также отсутствие подходящего партнёра, карьерные планы, проблемы со здоровьем и др. Как известно, среди стран Евросоюза Латвия выделяется также наибольшим удельным весом одиноких мамаш: 23 процента детей воспитывает только один из родителей. Аналогичные препятствия, которые мешают родить как минимум двух детей, были упомянуты и в опросе DNS Latvijas Barometrs: нехватка денег и поддержки со стороны государства, неуверенность в будущем. Комментируя результаты опроса, социал-антрополог Клав Седлениекс высказал мнение, что в Латвии доминирует представление о ребёнке как о «предмете роскоши», который могут «приобрести» только стабилизировавшиеся по жизни, достаточно состоятельные люди.

«Среди всех «предметов роскоши» дети отличаются тем, что за приобретение этих «предметов» в основном несёт ответственность государство. Жители чувствуют определённую ответственность за занятие воспроизводством общества, но не считают, что это именно их личная гражданская ответственность. Если государство будет за это платить, то и жители будут «давать продукцию», — рассуждает Седлениекс. С объективной точки зрения в Латвии условия для деторождения сейчас лучше, чем в большинстве стран мира, да и в прошлом самой Латвии, когда детей рождалось гораздо больше.

Илмар Межс, впрочем, возражает, что Латвию нельзя сравнивать с африканскими странами или с ситуацией после Второй мировой войны, когда рождаемость была сравнительно высокой. В наши дни у людей намного больше возможностей с помощью контрацепции контролировать рождаемость и самим решать, сколько детей родить — двух, трёх, четырёх, одного или нисколько. Межс, однако, признаёт, что на падение рождаемости повлиял и культ гедонизма — культ наслаждения жизнью, который делает упор на удобства индивида.

Сериалы сокращают рождаемость

Такие тенденции наблюдаются и в других странах мира, где ценности общества потребления побуждают вкладывать свободные средства в удовлетворение своих желаний, а не рождение и воспитание детей.

По мнению социологов, яркий тому пример — Бразилия: 50 лет назад бразильские женщины рожали в среднем больше шести детей, однако в последние годы этот показатель упал до цифры два. В качестве одной из причин приводятся популярные в Латинской Америке мыльные оперы, где всё реже и реже показывают многодетные семьи. По данным исследования, проведённого в Бразилии, у 72 процентов героев сериалов вообще нет детей, а у 21 процента есть только один ребёнок. Может быть, не случайно падение рождаемости в Латвии началось с появлением на наших телеэкранах «Рабыни Изауры» и прочих зарубежных мыльных опер?

Если модель семьи с одним ребёнком будет распространяться и дальше, то в Латвии в будущем возможна ситуация, аналогичная китайской, где из-за политики «одна семья — один ребёнок» постепенно исчезают такие названия родственников, как «двоюродный брат» и «двоюродная сестра». Эта модель имеет и другие отрицательные последствия. На одного ребёнка приходятся двое родителей и по два деда с бабкой. Итого — шесть человек обхаживают маленького принца или принцессу.

Все заботы на одних плечах

В детстве единственный ребёнок может наслаждаться безраздельной заботой и вниманием родителей, но монета имеет и оборотную сторону: когда родители стареют, все заботы о них ложатся на плечи единственного ребёнка. Американский экономист Брайан Каплан пришёл к выводу, что в молодости люди слишком невысоко ценят то, что могут им дать дети в будущем. В молодости, пока ты занят карьерой, может показаться, что даже один ребёнок — это уже слишком много, поскольку не хочется отказываться от привычных удобств, менять памперсы и мириться с бессонными ночами.

Однако в старости очень пригодились бы пятеро детей, которые регулярно навещали бы и подарили целую толпу внуков. Каплан советует ориентироваться на среднее арифметическое и родить троих детей. Однако новейшие тенденции показывают, что аисту эта ноша кажется слишком уж тяжкой.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *