Всё началось с «Секса на пляже»

• 24.03.2017 • Lifestyle, КулинарияКомментариев (0)50

Съедобная лампа и другие гастрономические проекты Гундеги СКУДРИНИ

В конце прошлого года на церемонии European Best Event Awards, проходившей в Санкт-Петербурге, среди семи лучших работ 2016 года в области маркетинга был назван проект нашей соотечественницы Гундеги СКУДРИНИ «Времена года».

Марина ДИАНОВА,

редактор журнала Titanium

специально для «СУББОТЫ»

Гундега СКУДРИНЯ — человек удивительный. И причин для такого определения много.

Во-первых, открытая и приветливая: она, похоже, улыбается даже во сне.

Во-вторых, она создательница и телеведущая передачи Stils bez Tabu, одна из самых стильных женщин Латвии, и не потому, что одевается в наряды от крутых брендов, а потому, что все ее образы запоминающиеся и неповторимые. Даже если созданы на коленке.

В-третьих — и так далее! — она любимица общества, и без нее не обходится ни одно светское мероприятие. Но при этом Гундега успешный бизнесмен, который работает 24 часа в сутки. План работ в ее компании Skudras Metropole, занимающейся организацией мероприятий, расписан на полгода вперед. Однако, несмотря на объемы, каждую субботу Скудриня появляется на экране LNT в передаче Brokastis.

Однако на перегрузку обаятельная теледива, имеющая троих детей, не жалуется: сумасшедший ритм жизни ее устраивает. Такое чувство, что нагрузи ее в два раза больше — девушка все равно все успеет сделать, не переставая при этом улыбаться.

Гундега смеется:

— Моя фамилия переводится как «муравей». Вот я и стараюсь ей соответствовать. Не зря же друзья меня и за глаза, и в глаза так и зовут — Муравей. И я отзываюсь на это имя…

Сегодня здесь, а завтра — там

Теледива любопытна от природы и не любит ходить по исхоженным тропам. Даже отправляясь в путешествие по всем знакомому маршруту, она ночами напролет выискивает в Интернете особые проекты, которые действуют в том месте, где ей надлежит быть, и именно в тот период, когда она там будет.

Такие проекты называются pop-up, то есть временные. Термин «pop-up» позаимствован у компьютерщиков. Так те называют всплывающие (рекламные) окна при заходе на тот или иной сайт: вот окно появилось, а через секунды исчезло. Pop-up-проект — театр, магазин, выставка, ресторан, кафе — аналогичен таким окнам: сегодня он открылся здесь, а завтра может уже перебраться на другую улицу, в другой город или даже государство. Поди поймай!

Проекты эти особо не рекламируются, так как они не трендовые и не рассчитаны на поток. Они скорее для избранной публики, но критерием отбора здесь служат не материальные блага, а общность идей или даже отношение к жизни в целом.

Гундега умеет отлавливать такие мероприятия. Особенно ей близка концепция pop-up — ресторанов и кафе. Может быть потому, что с гастрономической темой ведущей приходится сталкиваться и на телевидении, и по работе: какое мероприятие без банкета!

И хотя девушке далеко не всегда нравится то, что она видит, но это однозначно другая концепция, другое видение привычной для всех нас темы — темы еды.

Озарение к Скудрине пришло в Гонконге, когда в одном мишленовском ресторане подали блюдо под названием «Секс на пляже». Это была не просто безупречная по вкусу еда, но в ней была заложена идея о безопасном сексе. Потому что блюдо выглядело как презерватив, лежащий на песке. Все, конечно, от «песка» до «кондома», было съедобно.

Наверное, говорит Гундега, именно на этом ужине, на котором половина девочек покраснела от увиденного, она поняла, что еда должна не только насыщать, но нести еще и смысловую нагрузку. Тогда же и задалась вопросом: почему подобного никто не делает в Латвии? Тут же решив для себя, что раз такого нет — надо делать. Это случилось в 2013 году.

— Все дело было в звездах, — говорит Гундега. — Просто они сошлись. Именно в этот момент жизнь свела меня с особыми людьми: сценографами, дизайнерами, маркетологами, получившими образование в разных школах мира и вернувшимися в Латвию. Я им рассказала о своей задумке, и они загорелись! Мы решили, что надо попробовать. Ну а почему нет? Я на тот момент уже 15 лет занималась организацией мероприятий. Неужели не справлюсь? По сути, я сделала вызов себе самой!

Вкусная проба пера

На тот момент Гундега помогала Андрею ЖАГАРСУ в организации фестиваля искусств в Цесисе, поэтому рассказала ему о своей задумке. Жагарс дал добро на реализацию идеи в рамках его мероприятия. Проект, который назвали «Неприрученные ужины», заявили официально и даже подобрали повара, который захотел бы экспериментов.

Авантюристом оказался ас латвийской гастрономии Лаурис АЛЕКСЕЕВ. Ну а как еще можно назвать повара, который подписался под участие в проекте, не имевшем ни сценария, ни плана? Подписался под голые, даже не подкрепленные цифрами идеи! А ведь Лаурис не просто повар — он успешный и удачливый бизнесмен. И считать точно умеет.

Кстати, сама Гундега была не лучше. Заварив кашу, она отправилась с семьей на отдых. Все, что они обсудили с единомышленниками, была цена билетов: 60 латов. Но через пару дней Гундеге, находящейся за пределами Латвии, позвонили «соучастники», огорошив ее фразой, что за три дня, несмотря на сумасшедшую для тех времен стоимость, все билеты были проданы, так что неплохо бы ей вернуться на родину и приступить к работе.

Учитывая, что первый перформанс-ужин должен был пройти в рамках музыкального фестиваля, решено было еду объединить с искусством: оперой, дизайном. Ну и, конечно, сам ужин должен был иметь философскую составляющую.

Решили начать от корней: показать путь развития человечества от мамонта до современных технологий. И подчеркнуть, что в любом случае человек остается связан со своей землей, которая его и питает. Столы накрывали в теплице, еду подавали разложенной на «земле». Гундега рассказывает:

— Для меня откровением стала публика. Я думала, что билеты по 60 латов купят люди состоятельные. Все-таки 120 на двоих! Но каково было мое удивление, когда среди пришедших на мероприятие я увидела даже сельских учителей. Им было интересно узнать, почувствовать что-то новое.

Честно говоря, мы думали, что одним ужином, который с трудом вывели по нулям, все и закончится. Для нас это был просто еще один проект, в котором мы все решили испытать себя. Не только нам самим, даже повару скучно изо дня в день делать одни и те же котлеты, однажды заявленные в меню… Но после первого проекта нам писали, звонили, спрашивали, когда и где подобное случится в следующий раз. Так что через год мы решили повторить. В аналогичном стиле, но не то же самое.

С тех пор примерно раз в квартал мы делаем гастрономический проект или гастрономический спектакль. Иногда идея исходит от нас, иногда нам предлагают тему. Как это было с Байбой Гайле, проводившей Design Manifestation, в рамках которой она предложила объединить еду и дизайн. Если бы вы видели, как загорелись дизайнер и повар! Они решили сделать съедобную лампу! Я отнеслась к их идее скептически, а они сделали. И лампы, горевшие весь вечер, в конце концов были съедены!

Прорыв

Зато проект «Времена года», который и был отмечен Европой (кстати, в категории культурных событий), — полностью идея Гундеги и ее команды. Они решили продемонстрировать гостям, как меняется отношение к еде в зависимости от «настроения природы». Заявив проект на год, они сами отрезали себе все пути к отступлению.

Сегодня, оглядываясь назад, Гундега говорит, что это было самой сложной ее работой. Потому что работать надо было в паре с Богом. Тот, кто хоть раз делал проекты на улице, поймет, насколько это сложно. Особенно в Латвии:

— Нам повезло: Всевышний был к нам благосклонен, так что погода ни разу не подвела. Но не только погода играет роль в успехе подобного мероприятия. Не менее сложно выбрать место. Почувствовать его энергетику и понять, поедут сюда люди или нет.

Наши мероприятия недешевы, а мы еще и в глубинку их заставляем ехать. Поэтому к выбору места относимся ответственно. Ездим по Латвии, находим не менее трех-четырех подходящих мест, а потом решаем, какое из них будет правильным. Подвести свет-воду в чащу леса, где мы, например, делали осеннюю сессию, — это еще самое простое.

Зато этот труд принес свои плоды. Европейская премия выдвигает жесткие условия к конкурсантам. Отсеивается примерно половина. В том году допущено было «лишь» около 300 проектов, в финал вышли семь, в том числе и «Времена года».

Требования для участников настолько высокие, что, кроме «Времен года» , я ничего и заявить не могла бы. Да и с этим проектом мы не проходили по некоторым критериям. Представляете, с нами на сцене стояли французы, голландцы и россияне, чьи бюджеты превышали пять миллионов. И тут мы — «микроскопические».

Жюри над нами по-доброму посмеялось, сказав, что мы хотим посмотреть в глаза тем, кто занимается благотворительностью. Мы и по количеству не проходили: у нас нет миллионов жителей, которых мы могли бы привлечь к проекту. Так что то, что мы оказались в семерке, просто грандиозно…

Русский след

«Времена года» не остались незамеченными не только жюри: после конкурса на Скудриню посыпались предложения. Как с Запада, так и с Востока.

Она уже побывала в Москве и встретилась с теми, кто хочет двигать проект в России. Ей и самой предложили туда перебраться. Но Гундега отвечает, что не намерена уезжать из Латвии:

— У меня трое детей: старшей дочке 11, близняшкам по шесть. У меня хорошо поставленный бизнес, заказы до лета расписаны. У меня все в порядке. Мне уезжать незачем! Но помочь в развитии моего же проекта в России я, конечно, готова. Хотя я не уверена, что начинать надо именно с «Времен года». Это сложный для понимания публики проект. Мы сами начинали с простого, что я и им предлагаю делать. Ведь надо учитывать менталитет: что по душе латышу, не обязательно должно понравиться русскому или скандинаву…

Интересно, что Гундега абсолютно не боится того, что проект могут просто скопировать или, проще говоря, украсть.

— Мне, конечно, неприятно, когда мои фишки, которые я придумывала, не спя ночами, заимствуют. Да, технические детали можно украсть, но не энергетику, которую мы туда вкладываем. Я режиссер. Как в театре. Свет, музыка, постановка — это все мое. Это в голове. Чтобы украсть все это, надо украсть меня. Так что я абсолютно спокойна…

Скудрине очень понравилось, как работают россияне:

— Все решается быстро, по-деловому, а не так, как в Латвии, когда порой самые несущественные согласования занимают месяцы. Я описала, какие места мне нужны, и через два часа мы их уже смотрели. Такой стиль ведения бизнеса мне по душе… Москва вообще произвела на меня хорошее впечатление. Я не была там семь лет и как будто приехала в другую страну. Все иначе: другая энергетика, другие магазины, другие бренды. Русские очень хотят жить по-европейски. И копируют буквально все. Не проектами, а кварталами! Иной раз даже не понимаешь, где ты находишься — в Москве или в Париже, настолько прекрасно все сделано.

Рестораны изменились. Кухня везде на высоте, но цены стали более демократичными. Ориентирование не на элиту, а на народ. Это хорошо. А еще меня приятно удивила вежливость. «Спасибо», «пожалуйста», «госпожа», «уважаемая» — эти слова звучат на каждом шагу. Русские открыты, всегда готовы прийти на помощь. Это так непривычно. У нас я от этого уже давно отвыкла. К сожалению, в этом отношении Россия ушла от нас вперед…

«Русские открыты, всегда готовы прийти на помощь. Это так непривычно. У нас я от этого уже давно отвыкла. К сожалению, в этом отношении Россия ушла от нас вперед…

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *