Тупые, ещё тупее…

• 21.07.2016 • ИнтервьюКомментариев (0)250

Половина учеников в обычных школах числятся, но не учатся. И даже не ходят на уроки

* О чем думают на уроках старшеклассники, которым пора уже своих детей рожать?

* Можно ли провести реформу образования без денег?

* В чем порочность системы «деньги следуют за учениками»?

* Элитарные школы — благо или беда для страны?

* Компьютер развивает или отупляет подростков?

* Негласная модель обучения: классы для умников и для дебилов

Результаты последних школьных госэкзаменов по математике показали среднюю отметку 3,6. Это ниже двойки по 5-балльной системе. Как такое может быть? Что-то не так с мозгами наших детей или с нашей школьной системой?

С этими вопросами «Суббота» пришла к учителю физики и математики Владимиру Корниенко. Он отработал в школе 40 лет, но семь лет назад ушел на вольные хлеба — занялся репетиторством. Готовил старшеклассников к поступлению в латвийские и зарубежные вузы. И не скрывал, что вздохнул с облегчением. Ученики стоят к нему в очереди, а мелочной опеки сверху никакой. Но в прошлом учебном году директор школы уговорила Владимира Алексеевича выручить их: старшие классы остались без преподавателя точных дисциплин и замены не найти.

Науку списали за ненадобностью

Вернувшись после семилетнего перерыва в школу, Корниенко был поражен той деградацией, которая произошла с нынешними учениками.

— И раньше-то в старших классах лишь 20 процентов подростков была настроена учиться, получать дальнейшее образование и хорошую профессию. Но сейчас картина еще хуже.

— Каковы причины этого, на ваш взгляд?

— Их несколько. В-первых, после распада СССР в бывших республиках, за исключением России и Белоруссии, исчезли академии педагогических наук. А там были кадры, которые двигали педагогическую науку вперед. Сейчас преподавание в школе лишено научной основы. Есть разрозненные исследовательские работы в этой сфере, но целостной научной школы больше нет.

А им любить охота…

— Вторая причина: Интернет и телевидение, благодаря которым дети стали развиваться быстрее. Они намного больше знают, чем их сверстники 10-15 лет назад. Но и познавательная активность у них глохнет тоже раньше — уже годам к двенадцати-тринадцати.

На Западе этот фактор учитывают, поэтому во многих странах стали сдвигать начало школьного обучения на более ранние годы. В Англии, к примеру, есть научная лаборатория, где детей начинают обучать уже с двух лет. Конечно, сообразно возрасту и физиологии ребенка. На задачей стоит ухватить самый продуктивный период — до 12 лет, когда ребенок открыт знаниям, легко их впитывает и его еще увлекает сам процесс учебы.

А что у нас? В 14-15 лет подростки считают себя уже взрослыми, у них больше нет жажды познания, но зато часто уже есть сексуальный опыт. А сидеть им за партой до 19-20 лет. Понятно, куда направлены мысли половозрелых девушек и парней, — им не до учебы.

Программа не резиновая!

— Нужно вернуться к десятилетке, как было в советское время. Если ребенок пойдет в школу в шесть лет, в 16 ее окончит и поступит в вуз, то в 21 год он уже выйдет из него с дипломом и начнет взрослую жизнь. Вот это будет настоящей реформой школы. И она даст огромный экономический выигрыш стране и притом никаких вложений не потребует.

А то, что сейчас делает министерство, — это не реформа, а перераспределение денег. Учителям немного подняли зарплату, удлинив на треть часы работы. То есть почасовая зарплата останется практически той же самой. От этого в школе ничего не поменяется.

— За десять лет не успеть пройти всю школьную программу…

— Во-первых, нужно просто убрать кучу лишних псевдопредметов типа экономики, этики, основ финансовой грамотности, культурологии и пр. Школа должна давать базовый объем знаний по ключевым дисциплинам. Во-вторых — сделать учебным днем субботу, как это было раньше.

— Школьники и так перегружены, им надо отдыхать!

— Если выбросить из расписания ненужные предметы, а их процентов двадцать, никакой перегрузки не будет. А то, что здоровые парни и девки в выходные отдыхают, — это иллюзия. Они сидят за компьютерами и айфонами и забивают себе мозги всяким мусором. Сидение в компьютере ни ума, ни знаний не прибавит. Пусть лучше они сидят за учебниками. Молодые люди, которых родители нацеливают на карьерный рост, в отличие от 80 процентов сверстников, не отдыхают. Я по своим ученикам вижу, что у них свободной минуты в сутках нет, не то что выходного дня. Они, может, и рады бы увильнуть, но родители не позволяют. Буржуазия очень четко понимает, что такое инвестиции, и жестко контролирует процесс. И результат оправдывает затраты. Вот недавно трое моих пацанов поступили в Институт космических исследований в Эдинбурге. Причем оказались в первой десятке из 300 претендентов. Думаю, свое место в современном мире они найдут.

Пустые мозги — пустой карман

— Но было бы неправильно не сказать и о социальных причинах. В стране появился слой буржуазии. Я к ней отношу не только тех, кто живет за счет наемного труда, но и тех, кто по своим доходам имеет схожие условия жизни (технические специалисты, научные кадры и пр.). Буржуа прекрасно понимают, что без качественного образования их чада будут лузерами, и не скупятся на финансовые вложения в образование детей. В ответ на запросы этого слоя появились элитарные и частные школы, армия репетиторов. Среди родителей, которые к среднем классу не принадлежат, тоже есть те, кто осознает, что будущее детей зависит от образования, но таких меньшинство.

Выпускники избранных учебных заведений уезжают учиться в вузы Британии, Швеции, Германии, США, Австралии, некоторые — в Россию, в Москву. И, как правило, там и остаются. То есть из Латвии утекают мозги. Получается, что мы готовим интеллектуальную элиту для других стран. Ее как сливки сепаратором снимают с Латвии год за годом. Так с кем мы тут останемся жить?

Кесарю кесарево, слесарю — слесарево

— Так что расслоение общества начинается со школ. Причем даже в обычных, где создают специализированные классы — например, физико-математические (хотя они, конечно, не дотягивают до нужного уровня). В эти классы определяют самых способных ребят, а «дебилов» — во всякие там экономические, языковые и прочие классы. Я их называю «дебилами» не потому, что эти ребята тупые, а потому, что они тратят свое время черт знает на что и сами себе обрезают перспективы в будущем.

— Ну вот вы пришли после большого перерыва в школу. Что вас больше всего поразило?

— Знаете, раньше ученики хотя бы просто ходили на уроки. Прогуливали уроки двое-трое. А сейчас начинается урок — в классе сидят два-три человека, ко второму уроку приходят еще три, к третьему — еще пять. Я сначала ошалел: что за вольница?! А потом понял: школа получает деньги от государства за количество учеников. И администрации важно только одно — чтобы учитель поставил ученику оценку, хотя бы четверку. А его знания никого не колышут. У меня есть ученики, которые за месяц появлялись раза четыре. И администрация это прекрасно знает. Если я поставлю такому олуху хотя бы четверку, претензий ко мне никаких не будет. Лишь бы отчетность была и деньги на школу капали…

Когда бы знали, из какого сора…

— Подождите, а как же рейтинги школ? Они ведь зависят от участия учеников в различных олимпиадах. По идее, у администрации школ должна быть заинтересованность в успехах воспитанников…

— Понимаете, умники и умницы — как грибы на асфальте — вырастают везде. Талантливые ребята есть и в семьях алкашей, и в семьях профессоров. Общий уровень интеллекта детей из состоятельных семей будет выше, но самородков среди них не больше, чем в других социальных слоях. В каждой школе найдется тройка-пятерка одаренных ребят, которые пойдут на олимпиаду. И картина будет блестящая.

— Однако есть же школы — например, та же 1-я гимназия, — где совершенно очевидно процент толковых учеников намного выше, чем в других школах…

— Масса детей, которые поступают в 1-ю гимназию, проходят через мои руки. И могу сказать, что эта гимназия высасывает мозги из всей Риги. Чтобы туда попасть, надо сдать экзамен. Его выдерживают самые головастые ребята, и в десятый класс отбирают только лучших из лучших, которых отфильтровали из всех школ.

— Это хорошо или плохо в целом для образования и для страны?

— С одной стороны, это хорошо. Потому что несколько сильных школ собирают со всей страны самых умных и готовят из них элиту. Но с другой стороны — разрыв с общей массой населения увеличивается, и сама эта масса становится все более серой. Из нее уже человеку не подняться выше уровня низшего, в лучшем случае — среднего обслуживающего персонала.

Школа как пансионат отдыха

— Но мы же копируем европейскую модель образования. А там все не так плохо обстоит…

— Да, копируем. На Западе тоже держат молодежь до 21 года за партой. И там тоже есть школы для плебса и сверхэлитарные колледжи. И в США та же система, и в России… В школах для простонародья учеников чем-то занимают, развлекают, чтобы они не болтались без дела, не ширялись, не хулиганили, но на выходе имеют тот же материал.

Тем, кто хочет, чтобы их отпрыски заняли достойное место в жизни, советую отслеживать, как они учатся и учатся ли вообще. 50 процентов тех, кто числится в школах, на уроках просто протирают штаны и даже вовсе отсутствуют. Со стороны родителей за ними нет никакого контроля. Сын не бухает, под забором не валяется, сидит себе ночами за компьютером — и слава богу. Но мозги-то у него не работают!

Когда работа учителя — ад

— Еще она причина упадка среднего образования — кадры. Есть когорта тех, кто окончил вуз еще в СССР, и среди них — костяк сильных педагогов. Но состав постепенно меняется, приходит молодняк, и уровень у них — хоть стой, хоть падай. Они не умеют решать математические задачи для старших классов!

— Плохо готовят в вузах?

— И в вузах готовят плохо, и мотивации быть учителем у них нет. Они нацелены побыстрее слинять из профессии — клерками пойти работать в какое-нибудь учреждение или еще куда.

— Зарплата маленькая, работа тяжелая?

— Если ты не пользуешься авторитетом у учеников, то работа учителя — ад. Эмоционально. Дисциплины нет, в классе стоит гул, а попробуй что сказать — ответят так, что лучше бы помалкивал. Поэтому молодая педагогическая поросль любит на уроках видеофильмы показывать, устраивать разные обсуждения — запускают модный нынче интерактивный процесс, но это не учеба! Такие формы возможны лишь иногда, когда, к примеру, у класса третий урок подряд математики и все устали.

Герои нашего времени

— Низкая мотивация к учебе — это от родителей идет?

— Нет, от социальных установок. Что нам преподносит телевидение? Хочу жениться, хочу играть в футбол, хочу выиграть миллион, хочу стать шоу-звездой, топ-моделью… Посмотрите, человек серьезной профессии как герой вообще исчез с экрана… Советские фильмы — они о ком были? Об ученых, конструкторах, геологах, строителях, изобретателях… А сейчас? О бандитах и ментах, о бедных золушках, зацепивших олигархов…

Президент Российской академии наук Осипов однажды сказал: «Вы сейчас не хотите платить за образование — потом вы дорого заплатите за необразованность». И вот знаете, я сейчас часто езжу на общественном транспорте — и с ужасом наблюдаю, сколько у нас стало быдла: грязные, немытые, пиво сосут, мать-перемать… И эта зараза расползается.

Вот и складываются у нас два мира: один для люмпенов, другой — для приличных людей. Второй мир от первого отгораживается: появляются закрытые поселки, охрана, консьержи, спецшколы, частные клиники. Но ведь жизнь не проживешь за забором, придется время от времени из-за него выходить в тот мир, где совсем другие нравы.

Так что поляризация общества идет полным ходом, и на школе она отражается в первую очередь.

 

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *