Gaponenko

Как выжить Латгалии?

• 11.09.2012 • Тема неделиКомментариев (0)862

Согласно последней переписи, в Латгалии проживают 304 тысячи человек. Пока что. Уехала уже треть населения края, смертность — самая высокая по стране. Если так пойдет и дальше, то через 50 лет в этом регионе может никого не остаться.

 

Об этом шла речь на III Всемирном съезде латгальцев. В рамках форума прошла конференция с просто шокирующим названием: «Время независимости Латвии — шанс или уничтожение Латгалии?»

Одно из главный требований съезда на латгальском звучало как «vina stundja dzymtos voludys!». Что на русском означает «один урок родного языка в неделю в школе!» — латгальского. Латгальцы считают важным учить детей родному языку в школе. Иначе как его сохранить?

Но вряд ли им это разрешат… А вдруг они еще автономии попросят? Что тогда?

У последней черты

Если верить статистике, численность Латгалии за последние 20 лет сократилась на 31,7 процента. Если ничего не предпринимать в этом вопросе, Латгалия станет практически безлюдной территорией уже в ближайшие полвека.

Латгальцы по прежнему самые бедные: так, в 2008 году ВВП на одного жителя республики составлял 7144 Ls, а в Латгалии — всего 3926 Ls. Если в 2011 году среднестатистический работник Латвии получал 330 Ls в месяц, то латгальцы — всего 239 Ls. И этот разрыв в доходах продолжает расти.

Жители края озер (и об этом они говорили на конференции) крайне недовольны тем, что их родина постоянно обделяется благами при распределении госинвестиций и дотаций, что население края сокращается бешеными темпами.

За 100 лет ничего не изменилось?

Из книги первого мэра Резекне Фрициса Кемпе о Латгалии, 1938 г.:

«В газетных и журнальных статьях, в речах ораторов, в восторженных отзывах туристов мы то и дело слышим: великолепная Латгалия! Прекрасный озерный край! Но почти после каждого комплимента, получаемого Латгалией, слышим и жесткие замечания: да, но в этой прекрасной земле все же мало латышского; ее латыши говорят на таком особенном, изуродованном языке с примесью чужеродных слов… Латгалец, преимущественно деревенский крестьянин, если при этом он еще и беден — а таких среди латгальских крестьян большинство, — действительно с боязнью и осторожностью использует свой родной язык где-то в учреждении или публичном месте.

Из опыта он хорошо знает, что инородец, услышав его «речь», прикинется непонимающим, а свой народный брат «балтиец» чаще всего позволит себе высмеять его «неправильную» речь и употребляемые им русизмы и другие чужеродные слова. По натуре своей мирный и дружелюбный, латгалец всегда старается уберечься от таких неприятностей.

Латгальский говор почти вытеснен из сельских школ, в учреждениях и публичных распоряжениях от него стараются по возможности отойти все больше и больше. Можно сказать, что латгалец из-за своего диалекта чувствует себя как без вины разжалованный солдат. Он вроде знает, что заслужил достойное место в строю, но он отправлен в самый дальний край».

«Отбросы зерна»

Комментарий доктора экономических наук, директора Института европейских исследований Александра Гапоненко:

— Латгальцы самостоятельный народ, который сформировался еще в XVII веке, а как народность появился приблизительно в XI веке. Хочу заметить, что в XVII веке у латгальцев были свои письменность и литература. Когда Российская империя (в которую входила Латгалия) запретила письменность на латинице, это затормозило развитие латгальского этноса.

И только после революции 1905 года издание книг на латгальском языке возобновилась — началась латгальская атмода.

Бурное развитие латгальского народа шло до 1934 года, то есть до прихода к власти президента Карлиса Улманиса. Был введен запрет на использование русского и латгальского языков в старших классах школ, в высших учебных заведениях, закрыт целый ряд изданий на этих языках. Дошло до того, что, как мне рассказывали сами латгальцы, книги неугодных латгальских авторов публично сжигали на кострах, и это нанесло ущерб развитию латгальского этноса.

Президент Улманис решил построить «латышскую Латвию», в которой не было места латгальцам. Латгальцы, как и сегодня, мешали единству нации и портили статистику. Только записав их латышами, а заодно «подправив» результаты переписи 1935 года, удалось добиться неслыханного количества латышей: 75 процентов населения! Хотя на самом деле их было не больше половины.

Нелучшее отношение друг к другу быстро закрепилось в языке: в среде латышей привилось уничижительное прозвище латгальцев — čangaļi (чангали), что означает отбросы при очистке зерна, а латгальцы в бытовом лексиконе называют латышей «čiuļi» (чиули) — сноп пустой соломы.

Лишь в 1940 году, уже при советской власти, латгальцы опять получили право на использование своего языка и развитие культуры.

Но в 1956 году латгальцам опять не повезло: вместе с началом хрущевской борьбы с возрождающимся латышским национализмом латышские национал-коммунисты подставили латгальцев. Власти запретили использование латгальского языка, который объявили диалектом латышского.

Тогда же статус самих латгальцев был понижен с самостоятельного народа до этнической группы. Вновь прекратилась публикация книг на латгальском, закрылись культурные организации.

Так уж случилось, что латгальцы все время страдали от смены политических режимов, что не давало им свободного развития.

Что дальше?

Но вернемся в день сегодняшний. Экономическая ситуация в Латгалии действительно просто катастрофическая. Правительство вроде бы вспомнило о Латгалии, и в мае на заседании Кабинета министров был рассмотрен и одобрен проект плана развития Латгальского региона на 2012-13 годы.

Из документов следует, что в Латгалию собираются привлечь дополнительные европейские средства для развития предпринимательства. Также планируется улучшить состояние дорог в регионе, в том числе заасфальтировать некоторые грунтовки. Latvijas Dzelzceļš предлагает создать в Даугавпилсе производство вагонов и других предметов для нужд железной дороги.

На латгальский экономический рывок, который, по планам правительства, должен произойти в ближайшие три-четыре года, государство выделит 83 млн. латов.

По словам министра среды и регионального развития Эдмунда Спруджса, он будет рад, если Латгалия освоит хотя бы 50 млн. латов и благодаря этим деньгам сможет снизить уровень безработицы с нынешних 22 процентов до среднего уровня безработицы по стране (сейчас это 11,9 процента).

А провинция уже ничему не верит

«Не уверен, что создаваемый план развития даст какие-либо реальные результаты. На встречах с представителями правительства мы, как обычно, слышали с их стороны только пустые и общие фразы. Иногда кажется, что чиновники настолько отдалились от реальной ситуации, что уже не понимают существующей реальности в регионе и проблем, с которыми приходится сталкиваться желающим работать здесь предпринимателям», — жестко в статье Latvijas Aviize высказался председатель Вилянской краевой думы Арнольд Пудулис. Прежде всего, по его мнению, для развития Латгальского региона необходимо ввести налоговые льготы для предпринимателей, а также предоставить им выгодные и гибкие кредиты для начала бизнеса.

Будет работа — люди пить перестанут

На интернет-портале «Капитал & регион» житель Латгалии Игорь Амелька оставил свое мнение о планах правительства насчет спасения Латгалии.

«Если верить министерским мужам, развитие Латгалии должно опираться на трех китов: образование, сухой закон и посольское представительство в столице.

Но для начала придется решать другую реальную проблему — дороги! Вернее, проблему одной хотя бы трассы, про которую можно написать не то что сообщение в блоге, а доклад в ООН. Трассу Рига — Даугавпилс называют в народе дорогой смерти… Она является и международной артерией транзитных перевозок. Трасса, которая позорит уже не Латгалию, а непосредственно Латвию и, соответственно, весь Кабинет уважаемых образованных и необразованных министров».

Понятно главное: латгальцам нужны работа и уверенность в завтрашнем дне — тогда не будут люди топить свое горе в самогонке и не поедут искать счастья в чужих краях, а останутся в своем — тем более что он такой чудесный.

7 сентября 1939 года в Резекне был установлен новый памятник — «Земля Мары», который имеет такую же сложную судьбу, как вся Латгалия. По замыслу министров правительства Улманиса, новая скульптура должна была выражать идею объединения Латгалии и Латвии. Потом ее несколько раз то снимали с пьедестала, то возвращали назад.

Pin It

Похожие публикации

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *